Крайон. Путешествие домой, продолжение.

ПУТЕШЕСТВИЕ ДОМОЙ- начало Романа

Глава девятая

ПЯТЫЙ ДОМ

Очень скоро Майкл понял, что идти по бездорожью весьма непросто. Приходилось постоянно сверяться с солнцем, чтобы правильно держать направление. Кроме того, он то и дело поглядывал на карту, чтобы не пройти мимо очередного дома. И вообще Майкл двигался медленнее, чем обычно, поскольку вместо ровной утоптанной дороги под ногами были сплошные кочки и канавки.

Несмотря на все трудности, на душе было весело и легко. Майкл хотел дать Фиолетовой повод гордиться своим учеником, и это ему удалось. Кроме того, он доказал самому себе, что может восстать против рутины — даже в этой духовной стране. Однако для себя Майкл решил, что одного раза достаточно и впредь он будет, скорее всего, ходить по дороге. Это намного проще и к тому же вовсе не противоречит его целям. Зато теперь он чувствовал, что решение идти по дороге отныне будет по-настоящему обосновано, поскольку он из собственного опыта знает, что такое путешествовать по бездорожью! Изведав иной путь, он вернется на проторенную дорогу сознательно, а не просто потому, что так заведено и у него якобы нет другого выхода.

И еще Майкл заметил, что больше не чувствует слежки. Неужели он разрушил роковые чары? Неужели зловещая темная сущность, преследовавшая его всю дорогу, наконец ушла прочь? Нет. Майкл не так глуп, чтобы поверить в это. Он догадался, что, изменив своим привычкам, он просто немного сбил с толку злого духа, который тащился за ним с самого начала. Несомненно, ОНО скоро поймет, что случилось, и будет искать СВОЮ жертву. Это означает, что Майкл должен сохранять бдительность и быть готовым к сюрпризам с любой стороны.

Майкл шел по бездорожью уже часа четыре. Вдруг небо стало темнеть. Путник не питал иллюзий относительно того, что это означает. Надвигался еще один страшный и суровый природный катаклизм, и нужно было срочно искать себе укрытие. Майкл отлично помнил, что в прошлый раз за какие-нибудь десять минут бушующий ветер заставил его приникнуть к земле и молить о спасении.

Майкл достал карту и посмотрел, нет ли поблизости какого-нибудь укрытия. Как обычно, карта отображала только небольшое пространство вокруг красной точки, обозначающей нынешнее положение. Согласно карте, Майкл совсем недавно прошел мимо скалистого образования, в котором была небольшая пещерка. Майкл вспомнил, что действительно проходил около нагромождения камней, но входа в пещеру не заметил, — очевидно, он находился с другой стороны. Майкл спрятал карту в рюкзак и пошел назад. Скоро скалистый выступ вновь открылся его взору.

Путь назад, к пещере, занял всего несколько минут, но уже за эта время буря разыгралась не на шутку. Небо налилось свинцом, протяжно выл шквальный ветер. На подходе к пещере Майклу на лицо упали первые капли дождя, и он ускорил шаг. Стоило путнику войти в укрытие, как природа разбушевалась в полную силу. Брызги дождя захлестывали неглубокую пещерку, и Майклу пришлось забиться в самый дальний угол, чтобы не промокнуть. Он снова изумился ярости стихий и шепотом поблагодарил Синего за карту, которая в последний момент уберегла его от беды. Карта снова оказалась достаточно текущей, чтобы помочь своему владельцу.

Майкл из своего укрытия наблюдал живописное зрелище, зачарованно глядя на дивную пляску стихий под какофонию ветра. Изумительно! Он был рад, что не остался снаружи.

— Откуда в этом священном месте такие бури? — сорвалось у него с губ. Раздался голос Синего… в голове?

Майкл Томас, бури в нашей стране бывают лишь тогда, когда здесь путешествует в поисках уроков кто-нибудь из людей.

— Ты хочешь сказать, что, не будь меня, не было бы и бури?

Да.

— Но ведь я нашел укрытие. Буря мне нипочем.

В том-то и дело! — рассмеялся Синий. — Ты научился пользоваться картой! Хочешь, верь, хочешь, не верь, но многие путники в этой стране так ни разу и не обращались к карте, увидев в ней всего лишь нелепую шутку. Ты же понял, что это такое, и изменчивость карты отразилась на твоем мировосприятии. Теперь ты одной ногой стоишь в нашей временной системе координат, где есть лишь «сейчас», и учишься гармонично соотносить ее с линейным временем, в котором проходит твое путешествие по нашей стране. Ты усвоил урок прошлой бури и, увидев приближение непогоды, вовремя скрылся от бушующей стихии. Майкл, ты безмерно любим!

Майкл улыбнулся. Это все затеяно ради него! Все эти энергии… тщательно спланированные процессы! Он выглянул из пещеры и закричал в лицо ветру:

— Можешь успокоиться! Я спрятался! — Майкл хохотал до изнеможения.

Буря свирепствовала часа два. Небо начало проясняться только перед закатом. Майкл не знал, успеет ли добраться до следующего дома, и не был уверен, что сумеет отыскать его во тьме. В любом случае, он чувствовал себя вполне уверенно и не сомневался, что сумеет постоять за себя в случае опасности. Он вышел из пещеры, полюбовался закатом и направился на север.

Понемногу темнело. Майкл вспомнил, что еще ни разу не ночевал в пути. «Есть ли здесь звезды и луна?» Скоро это выяснилось. Ни луны, ни звезд не было. Когда на западе растаяли последние отблески заката, Майкл оказался в полной темноте. •О, какая непроглядная тьма! Даже карту не разглядеть. «Нужно было остаться в пещере», — подумал Майкл, который был совершенно не готов к такому обороту событий! Он уселся на землю, чтобы не споткнуться обо что-нибудь.

Просидев во тьме около часа, Майкл заметил, что происходит что-то странное — либо с его глазами, либо вокруг. Солнце село точно на западе. Исходя из этого, Майкл перед закатом определил, где находится север, и выбрал себе в качестве ориентира вершину высокого холма, рассудив, что сможет ясно видеть ее на фоне неба при лунном свете. Поскольку ни луна, ни звезды не взошли, холм скрылся во мраке. Но теперь на севере опять стали проявляться смутные очертания заветной вершины. Тот же красный отблеск, который только что погас на западе, словно переместился на север, вычертив контур. Очевидно, позади холма что-то светится!

Майкл осторожно встал. Присмотрелся. Понемногу его глаза начали различать окружающий ландшафт в красном отблеск откуда-то с севера. Он медленно и бесшумно пошел на слабый свет, неспешно прощупывая неровности грунта под мягкой травой.

Майкл уже совсем было приспособился идти таким черепашьим шагом, согнувшись в три погибели, когда вдруг едва не упал, ступив на ровную почву. Это дорога! Майкл усмехнулся, осознав символичность происходящего. Несмотря на то что он отверг проторенный путь, дорога сама нашла его именно в тот момент, когда Майкл в ней отчаянно нуждался. Вот так страна!

Майкл заметил, что дорога идет под острым углом по отношению к его северному ориентиру, однако верил, что она ведет к следующему дому и что он его еще не миновал. Кроме того, он обратил внимание, что свечение исходит именно с той стороны, куда ведет путь. Майкл вышел на середину дороги — насколько можно было определить середину во тьме — и небрежно зашагал вперед. Он по-прежнему шел очень медленно. Майкл старался держаться точно по центру, но то и дело обнаруживал, что оказывается на обочине. Его разбирал смех.

«Это хуже, чем июньский туман в Санта-Монике!» — подумал Майкл. Вспомнилось, как он ехал по шоссе туманной ночью и не мог различить перед собой ничего, кроме разделительной полосы. Жаль, что здесь такой полосы не было.

Майкл заметил, что, приближаясь к источнику сияния, он видит все лучше. Понемногу светлело — теперь он смог выпрямиться и идти с нормальной скоростью. И все же Майкл не терял бдительности. Он не знал, откуда исходит свет, и был готов к любым неожиданностям.

Пройдя очередной поворот, Майкл увидел источник свечения. Он просто не верил своим глазам. Посреди зарослей стоял очередной дом — ярко-красный! Если прежде ему казалось, будто дома светятся изнутри, то теперь он убедился, что это так и есть.

Несколько ускорив шаг, Майкл подошел к дому. На его доспехах заиграли красные отблески. Свернув к крыльцу, путник заметил у тропинки табличку: «Дом Взаимоотношений». Майкл застыл, как вкопанный.

— Только не это, — сказал он со вздохом. — В этом деле я потерпел сокрушительное поражение! Уж не придется ли снова смотреть фильмы?

— Придется! — откуда ни возьмись, на крыльце появился красный ангел. — Приветствую тебя, Майкл Томас с Чистым Намерением. А я уже думал, мы тебя потеряли!

— И не надейся, мой красный друг, — ответил Майкл. — Просто я немного замешкался. Стоило ли спешить на очередной киносеанс? Ведь твои фильмы такие же, как у Фиолетовой?

— Другие, Майкл, совсем другие.

Красный был необычайно красив. Он показался Майклу похожим на киногероя — правильные черты лица, отличное телосложение. И это был очень большой ангел! Однако Красный оказался общителен и обходителен, так что не вызывал никаких опасений — не больше, чем остальные ангелы. К тому же его красное облачение навевало возвышенные мысли. Майкл вспомнил, что видел мантии такого же цвета на церковных вельможах.

— Ты голоден, Майкл? — спросил большой красный ангел.

— Да, сэр.

Красный провел Майкла в дом, велев снять туфли у порога. При этом Красный подмигнул, как бы напоминая гостю, почему этот дом священен. Майклу стало неловко: слишком большая честь, — однако он молча снял туфли и оставил их у порога.

Как всегда, внутри- дом был больше, чем казался снаружи. Этот оказался воистину огромным. Лестницы, арки, окна, за которыми открывались ландшафты, совершенно не похожие на то, что видно с дороги… Майкл подумал, что, вряд ли когда-либо привыкнет к этим несоответствиям между его привычными земными представлениями и новой реальностью. Майклу вспомнилась книга «Алиса в стране чудес», и он подумал, не посещал ли Льюис Кэрролл эти места в своих снах. Забавная мысль! Может быть, где-то здесь бегает белый кролик?

— Белый будет следующий, — с улыбкой сказал Красный, — правда, не кролик.

Майкл рассмеялся. «Значит, следующий дом будет белым? Белый Дом!» — эта мысль его очень развеселила. Красный тоже рассмеялся, и Майклу стало спокойно: он был готов к любым новым урокам. Он ощутил свое родство с Красным. Красный — такой же брат, как Зеленый. Просто, похоже, он выбился в знаменитости. Синий и Оранжевый — дядюшки. Фиолетовая, конечно, — мама. Скорее бы увидеть отца!

— Мы напоминаем тебе семью, Майкл? — Красный остановился у дверей, которые, очевидно, вели в новые апартаменты Майкла. Из комнаты доносился запах пищи.

— Да, Красный.

— Очень хорошо. Именно об этом тебе предстоит узнать в моем доме, — Красный провел Майкла в столовую. Как обычно, на столе уже ждал роскошный ужин.

— Увидимся утром, Майкл Томас. Приятных снов и не волнуйся по поводу предстоящего урока, — Красный развернулся и вышел из комнаты, но, прежде чем закрыть за собой дверь, попрощался.

Майкл про себя усмехнулся, отметив, насколько вежливее стали в последнее время ангелы. Он совсем не волновался по поводу предстоящего урока. Майкл понимал, что Красный знает об уроках в фиолетовом доме и о том, какие сильные переживания и смятение они создали в его душе. И ангел любезно дал знать Майклу, что следующий урок не будет таким тяжелым.

Майкл был голоден, как волк! Сегодня он ужинал позже, чем обычно, поскольку несколько задержался в пути, кроме того, прогулка во тьме отняла слишком много энергии — намного больше, чем он подозревал. Кроме того, Майкл просто очень устал, поэтому заснул сразу после ужина. В этом красном доме было очень спокойно и уютно. Он спал глубоко и безмятежно — словно уже попал домой.

* * *

Поздно ночью, когда Майкл Томас уже заснул, к красному дому подкралось грязное смрадное злобное зеленоватое существо. С первого же взгляда на дом ОНО поняло, что Майкл Томас внутри. ОНО долго поджидало его на дороге, но он так и не появился.

ОНО тряслось от ярости и исходило злобой, — впрочем, эти эмоции двигали ИМ постоянно. Тварь была в замешательстве: откуда человек мог знать, что ОНО устроило засаду? Майкл Томас просто обошел ЕГО, свернув с дороги! Дошел до красного дома по бездорожью, хитрец. Но как он узнал? Чудище знало, что ангелам не позволено вмешиваться в ЕГО дела, поэтому они не могли подсказать Майклу, где ОНО его поджидает. Теперь придется разрабатывать новый план. Обогнав Майкла, ОНО его потеряло. Возможно, следует опять преследовать человека по пятам? При этом ОНО хотя бы не теряет жертву из виду. Как же поступить?

Как и прежде, ОНО отыскало себе укрытие в ветвях деревьев и затаилось в ожидании. Рано или поздно человек выйдет из красного дома. Теперь ОНО снова знало, где находится Майкл, и поэтому не беспокоилось. Чудовище коротало время, обдумывая предстоящую схватку со своей жертвой. ОНО строило все новые и новые планы, разрабатывая и отвергая различные стратегии. Придется приложить немало сил и проявить хитрость, — однако ОНО знало образ мыслей Майкла и его слабые места. В конце концов чудовище разработало окончательный план. Затем ОНО приступило к специальным тренировкам, чтобы развить у себя навыки, необходимые для его осуществления. Решающее сражение произойдет на дороге к последнему дому. Именно тогда Майкл будет наиболее уязвим. ОНО снова устроит засаду. «Необходимо создать правдоподобную иллюзию», — думало чудище. ОНО на некоторое время примет другую форму, — форму, которую сумеет удерживать лишь несколько минут, но этих минут будет достаточно.

* * *

Как и в предыдущих домах, проснувшись, Майкл надел свежую одежду, которая уже ждала его в шкафу. Новая чистая одежда, красного цвета. Майклу вспомнился разговор с Оранжевым о том, что здесь человек не испытывает потребности ходить в туалет. Теперь он также заметил, что за время путешествия у него совсем не выросла борода. Такое впечатление, будто время остановилось, человеческое тело тут не стареет и вообще функционирует не так, как прежде. Ну и местечко!

Майкл с удовольствием съел приготовленный для него завтрак и сидел, размышляя о своем путешествии, когда раздался стук в дверь и вошел Красный.

— Я вижу, ты хорошо отдохнул и готов к уроку, Майкл Томас.

— Да, я готов, Красный, — настроение у Майкла было прекрасное. Он снова с восхищением отметил, как красив этот ангел. — Спасибо за гостеприимство.

— Ты все это заслужил, Майкл Томас с Чистым Намерением, — Красный улыбнулся и жестом пригласил Майкла следовать за ним в учебные помещения Дома Взаимоотношений.

Красный вел Майкла через помещения, где они накануне не были. Дом значительно отличался от предыдущих. Красный интерьер бодрил. Удивительное ощущение. Наконец они вошли в зрительный зал. Точно такой же дугообразный экран, как в предыдущем доме, и такое же мягкое кресло в переднем ряду, — только здесь оно было красного цвета. И опять кресло было расположено непривычно близко к экрану. Красный осознавал, что после всего, что Майкл пережил в предыдущем доме, это место может вызвать у него нехорошие ассоциации.

— Все хорошо, не переживай, — ободряюще сказал ангел.

— Спасибо, дружище, — ответил Майкл с благодарностью. — Мне уже садиться?

— Да.

Красный направился в заднюю часть зрительного зала и занялся проекционным оборудованием. Майкл занял почетное место в переднем ряду, и сеанс начался.

На этот раз кадры не были озвучены. Зато Красный объяснял Майклу, что происходит на экране. Ангел был прав. Этот сеанс, в отличие от предыдущего, оказался увлекательным, познавательным, просветляющим и необычайно интересным! Он не пробуждал в Майкле никаких тяжелых эмоций, это был даже не фильм, а скорее демонстрация слайдов, сопровождаемая лекцией.

— Майкл, весь наш курс посвящен семье, — начал Красный, как только на экране появились первые неподвижные образы. — В предыдущем доме тебе рассказали, что, живя на Земле, каждый человек играет в жизни окружающих самые разнообразные роли. И еще ты узнал, что, прежде чем прийти на планету, каждый человек вместе с другими планирует основные потенциальные направления своей жизни. Сейчас тебе предстоит разобраться в том, как построены взаимоотношения между игроками в твоем случае. Для начала познакомься с семьей.

На экране появились двадцать семь прекрасных лиц. Красный называл их всех по очереди, а Майкл недоуменно слушал. Он прежде никогда не слышал таких имен. Судя по звучанию, они имели ангельское происхождение, и Майкл не был уверен, что сумел бы их правильно записать, — что-то вроде Ангенон, Алиилоу, Биурифи, Вериифон, Куигре и т.п. Затем Красный показал графики, отражающие личную историю каждого человека. В верхней части экрана были изображены земные имена и лица людей, которых Майкл знал, а внизу шли ряды незнакомых лиц и имен. В верхнем ряду были изображены родители Майкла, друзья детства, сотрудники и некоторые малознакомые люди. Были и совсем незнакомые лица. Некоторое время Майкл с любопытством разглядывал эти снимки. Школьные учителя, забияка Генри и даже Кэрол, его первая школьная любовь! А еще его друг по работе Джон, а также грабитель, который едва не прикончил Майкла в лос-анджелесской квартире. И Ширли — женщина, которую он любил и потерял.

Были тут и изображения совсем незнакомых людей. Одна женщина привлекла особое внимание Майкла. Рыжеволосая зеленоглазая красавица с изумительной улыбкой. Майкл просто не мог оторвать от нее взгляд. Он чувствовал, что от нее исходит какая-то особая энергия, но не мог понять, в чем дело. При взгляде на следующий снимок его волосы встали дыбом — та самая женщина, которая, усевшись за руль в пьяном виде в тот злополучный день, врезалась в машину родителей! Она тоже погибла, и Майкл считал, что это справедливо. Она тут как оказалась? Была здесь и фотография самого Майкла.

Под каждой фотографией верхнего ряда располагались несколько рядов совершенно незнакомых имен и лиц. По вертикали снимки соединялись друг с другом линиями.

— Каждый горизонтальный ряд отображает отдельную инкарнацию, — объяснял Красный, пока Майкл разглядывал снимки. — В каждой жизни снова и снова встречаются одни и те же игроки. Меняются имена, меняется пол, но всякий раз тебя окружают одни и те же сущности — те, кто составляют твою настоящую семью. Вы путешествуете во времени единой группой, хотя приходите в каждую жизнь и уходите из нее не одновременно. Сейчас настало время выслушать историю каждого из членов твоей семьи.

Далее началось одно из самых удивительных переживаний в жизни Майкла, которое в значительной мере изменило все его мировоззрение. Он совершенно не был готов к тому, что произошло в этом красном кинозале с красными креслами и красным ангелом-киномехаником. Облаченный в красные одежды Майкл сидел перед экраном, совершенно ошеломленный и безмолвный.

Снимок в левом верхнем углу вдруг увеличился до нормальных человеческих размеров и ожил! Немое кино вдруг стало звуковым. С экрана на Майкла смотрела женщина по имени Ширли — его первая любовь! Затем она сошла с экрана и встала прямо перед Майклом. Теперь перед ним стоял настоящий человек, а не кинематографическая проекция! Она обратилась к Майклу по имени и начала свой рассказ, стоя всего в полуметре от него, — совершенно реальная и осязаемая.

— Майкл Томас, я Ринуэй из Пятого Квадриля. Мы с тобой одна семья, и я люблю тебя всей душой! В этой жизни меня зовут Ширли. В предыдущей жизни в прошлом столетии я была твоим братом Фредом. А еще раньше — Синтией. Майкл Томас с Чистым Намерением, мы заключили с тобой контракт, и энергия этого контракта называется кармой. Мы запланировали встречу в этой жизни и встретились. В этот раз мы с тобой успешно завершили одно дело, начатое много столетий назад. Согласно договору, нам нужно было пробудить в тебе чувства, которые и привели тебя на тот жизненный перекресток, где ты находишься сейчас. Это мой дар тебе и твой дар мне. Мы совершили это вместе!

Майкл сидел с разинутым в изумлении ртом. Это не просто тень на экране. Ширли была совершенно реальной! Майкл слушал хорошо знакомую ему сущность, которую в этой жизни звали Ширли… а в предыдущей жизни он знал ее под другим именем… и в предыдущей… и так далее. Сколько любви в ее словах! Каждое слово исполнено истины и значения. Каждое объяснение звучит убедительно и законченно. Что за дивный рассказ! Что за дивная страна! Майкл не знал, может ли слышать его Ширли, но этот образ был настолько убедителен, что он не смог не ответить.

— Спасибо тебе, милая Ширли! — Майкл с благодарностью поклонился женщине, которую он знал и любил. Отныне он воспринимал их взаимоотношения по-новому. Теперь она была для него лучшим другом, а не женщиной, которая исковеркала его жизнь. Ширли медленно растворилась в воздухе, и место перед Майклом освободилось.

С экрана сошел следующий образ и рассказал о сложных и интересных взаимоотношениях, исполненных глубочайшей любви. Это был мистер Берроуз, любимый школьный учитель Майкла. Он тоже сказал Майклу, что они много раз встречались в прошлых воплощениях, играя самые разные роли. В этой жизни мистеру Берроузу было предназначено встретиться с Майклом лишь ненадолго, пока тот учился в школе, — что он и сделал. Майкл, очевидно, тоже сыграл определенную роль в судьбе учителя. Они очень помогли друг другу во многих отношениях, хотя Майкл этого и не осознавал до сих пор. Их встреча тоже была изначально оговорена контрактом и несла в себе энергию обучения под названием «карма», — хотя в данном случае эта энергия была не очень сильной. Майкл вслух поблагодарил учителя, и образ мистера Берроуза растаял.

Его место заняла фигура отца. Майклу не стало грустно — ведь папа жив! Его образ спустился с экрана и непринужденно встал между экраном и Майклом. Он начал свой рассказ, и Майкл слушал с огромной радостью.

— Майкл Томас, я не тот, за кого ты меня принимаешь, — сущность говорила очень ласково, с совершенно нехарактерными для папы интонациями. — Я Анниху из Пятого Квадриля, член твоей подлинной семьи. Сейчас ты видишь меня в образе отца. Мы с матерью сыграли свою роль в твоей жизни именно так, как было запланировано еще до нашего прихода на Землю. Все, что произошло, было уместно. Нам необходимо было рано уйти из земной жизни, чтобы заняться более важными делами в иных духовных измерениях. Однако мы ушли не просто потому, что нас ждала работа, — кроме того, эта смерть была нашим величайшим даром тебе. Наш уход стал для тебя катализатором просветления. Мы вошли в твою жизнь, Майкл, чтобы преподнести тяжелый кармический урок, и нам это удалось в полной мере. Именно благодаря этому уроку ты оказался здесь, в этом зале. Мы очень любим тебя и чтим за то, что ты пустился в это путешествие, — а также за то, что ты ныне понял, какой неоценимый дар получил от нас.

Майкл очень остро осознавал, что перед ним стоит совершенно реальная живая сущность и обращается лично к нему. Он запомнил имя — Анниху. Хотелось, чтобы этот звук впредь всегда жил в его сердце. Как можно грустить о смерти отца, если ныне он стоит перед ним, олицетворяя истину? В сознании Майкла все еще эхом отдавались слова «величайший дар», а между тем отец продолжал свой рассказ. Он рассказывал, как они вместе участвовали в битвах, как были братьями и даже сестрами на континентах, которых давно уже нет на Земле.

Отец закончил свой рассказ. Улыбнувшись, он исчез, как и другие. Майкл был тронут, но вовсе не грустил. Все это просто замечательно!

— Спасибо за дар, папа, — Майкл произнес эти слова совершенно искренне, почтительно склонив голову.

Затем настала очередь матери. Майкл буквально врос кресло и с разинутым ртом слушал ее рассказ о кармических уроках, которые преподнесла ему в этой жизни она и некоторые другие люди.

— Меня зовут Элиуин, и я тоже принадлежу к Пятому Квадрилю. Мы встречались в прошлых жизнях в разных обликах, и я горячо люблю тебя.

Далее мать поведала, какие роли они играли в жизни друг друга в различных воплощениях. Однажды она даже убила Майкла — в той жизни обе они были женщинами, родными сестрами! Она рассказала об энергиях, порожденных их действиями в различных жизнях, и о том, как эти энергии служили основой для новых уроков в последующих воплощениях. Она не пробудила в душе Майкла никаких тяжелых чувств или грусти. Ее рассказ оказался очень информативным и ярким. И она была очень реальной. Она жива! Матери Майкл тоже успел сказать несколько слов, когда ее образ начал меркнуть.

— Спасибо и тебе, Элиуин, за твой дар.

Майкл решил, что ему следует запомнить подлинные имена на хотя бы своих родителей. Запомнить все имена был просто не в его силах, но эти два навсегда запечатлелись в памяти.

Один за другим снимки разных людей обретали плоть и представали перед Майклом. Они называли свои подлинные имена и говорили о своей любви к Майклу Томасу. Все часто упоминали о своей принадлежности к одной семье, и каждый из них происходил из странного места под названием «Пятым Квадриль» — что бы это ни означало.

В тот день Майкл успел выслушать рассказы только девяти из двадцати семи членов семьи. Затем зажегся свет. Майкл безмолвно сидел в своем кресле, осознавая, что он опять совсем забыл об обеде. Подошел Красный.

— Устал?

— Нет… я полон сил! — ответил Майкл. — А что, уже пора заканчивать?

Красный от всей души расхохотался и, жестом пригласив Майкла следовать за собой, направился к выходу.

— У нас на это есть еще два дня, Майкл Томас. За это время тобой успеют поговорить все остальные члены семьи.

Они неспешно шли в столовую. Миллионы вопросов роились в голове Майкла.

— Красный, ты пообедаешь со мной? То есть… я знаю, что пища тебе не требуется, однако мне хотелось бы кое о чем расспросить.

— Конечно, — Красный был приятно удивлен.

Майклу стало немного неловко, поскольку он подумал, что, возможно, ангела ждут какие-то другие дела. Он не осознавал, что Красный находится здесь исключительно ради него и других людей, идущих этим путем.

Они вошли в столовую, где уже был накрыт стол на двоих. Майкл с недоумением воззрился на два столовых прибора.

— Придет кто-то еще?

— Мне показалось, ты пригласил меня отобедать, — насмешливо сказал ангел.

— Но ангелы не едят!

— Кто тебе сказал? — Красный с лукавым видом уселся на один из стульев и налил себе стакан свежего фруктового сока. Майкл смутился еще больше.

— Я никогда… то есть… другие ангелы не ели. Я думал…

Красный перебил Майкла.

— Майкл, ангелы не нуждаются в пище, но я присоединюсь к тебе в этом человеческом занятии, поскольку тебе будет приятно иметь сотрапезника. Правильно?

— Да, — спорить не приходилось. Вот уже несколько недель Майкл не делил ни с кем трапезу. В последний раз ему составил компанию за столом Зеленый, — но тот только смотрел на него, а сам не ел. Забавный все-таки этот Красный. Майклу подумалось, что он самый человечный из всех ангелов.

— Для меня большая честь, что ты так думаешь, — ответил Красный на мысли Майкла, жуя хлеб.

Майкл тоже принялся за еду, то и дело отвлекаясь, чтобы задать ангелу вопрос.

— Красный, реально ли то, что произошло только что? Я вот о чем: они правда со мной говорили… или это просто эффекты вашего проекционного оборудования?

Ангел снова расхохотался и вытер подбородок салфеткой.

— Откуда у людей это отчаянное желание считать реальность иллюзией? Люди довольно часто отвергают истину, принимая ее за ловкий трюк. Мне этого никогда не понять.

— Ты не ответил, — настаивал Майкл.

— Все абсолютно реально, — сказал Красный. — Более реально, чем ваша земная действительность, Майкл. Каждый из них собственной персоной пришел к тебе в этот дом.

Майкл не до конца понял ответ, однако перешел к следующему вопросу:

— Красный, а все эти странные имена… я заметил, что мой снимок не подписан… вернее, подписан этим непонятным шрифтом, который я видел уже не раз, но читать не умею.

— У тебя тоже есть имя, Майкл, но пока оно скрыто от тебя. Если это будет уместно, ты его узнаешь — или, во всяком случае, какая-то часть тебя узнает. Но это не имеет никакого отношения к твоему просветлению. В конце концов, моего имени ты тоже не знаешь, что вовсе не мешает нам прекрасно общаться, — Красный откусил от пирога.

Майкл никогда не задумывался о том, что ему неизвестны ангельские имена обитателей разноцветных домов. Он просто называл их по цветам. Так было проще для всех, и сами ангелы принимали эти имена благосклонно.

— Красный, а как тебя зовут по-настоящему? — Майкл действительно заинтересовался. Задав вопрос, он принялся за салат.

— Ты исходишь из ошибочного предположения, что имя — это только звук, Майкл.

Майкл заметил, что Красный — неумелый едок. Не возникало сомнений, что он занимается этим делом впервые. Большая часть еды падала из его рта обратно в тарелку. Он изо всех сил старался подражать человеческому поведению и манерам, однако за время обеда извел уже четыре салфетки. Красный вел себя довольно комично, но Майкл был настолько поглощен беседой, что до сих пор не замечал этого. Позже он от всей души посмеется, но сейчас ему не хотелось обижать ангела. В очередной раз вытерев подбородок салфеткой, Красный продолжил:

— Имена всех сущностей во Вселенной, включая мое и твое, представляют собой энергии. Они обладают цветом, вибрациями, звуком и даже намерением! Эти имена нельзя передать только звуком, как ваши земные. Даже те имена, которые ты узнал сегодня, — их написание и звучание — отражают энергии полных имен лишь частично. Они просто максимально адаптированы для твоего восприятия. Когда встречаются духовные сущности, они «видят» имена друг друга. Вся «родословная» и все достижения каждой сущности содержатся в цветах и вибрациях ее Меркабы — так называется ангельское тело. Это явление пока недоступно для твоего восприятия, Майкл, поскольку принадлежит другим измерениям.

— Красный, — у Майкла осталось еще много вопросов, — почему сегодня во время сеанса некоторые снимки из верхнего ряда были пропущены, когда подходила их очередь рассказать свои истории? — Майкла особенно интересовала та рыжеволосая женщина, чья энергия привлекла его с первого взгляда. Она находилась в верхнем ряду, но ее «пролистнули».

— Это те люди, кого ты не встретил, Майкл, — Красный отхлебнул немного сока, но не сумел удержать его во рту, и жидкость потекла по подбородку. Снова пришлось применить салфетку — уже седьмую.

— Значит, если я их не встретил… они не в счет?

— Обычно мы не показываем здесь невыполненные контракты, Майкл. Ты не сможешь прочувствовать свою связь с этими людьми, поскольку не встречался с ними в текущей жизни. С тобой будут говорить только те члены семьи, с кем ты уже ушел встретиться.

Майкл откинулся на спинку стула и снова задумался над вопросом, который не задавал себе уже довольно давно. Он спрашивал себя, насколько оправданно это его путешествие по стране семи домов. Останься Майкл в Лос-Анджелесе, он, очевидно, встретился бы с некоторыми людьми, у которых были общие духовные планы с ним. Не мешает ли он осуществлению космического замысла? Каковы последствия этого поступка? Красный внимательно «выслушал» своего ученика и ответил на его невысказанный вопрос:

— Майкл, послушай меня. Не все проблемы, которые ты тут обдумываешь, постижимы в трехмерном мире. Твое сознание сейчас не равняется Божественному. Ты не можешь знать все, что знаем мы. Ты пока еще только человек, и безмерно любим уже только за это. Многое из происходящего здесь для тебя непостижимо. Ты решил сойти с проторенной дороги, и это очень достойный поступок. Твое решение отправиться в нашу страну совершенно оправданно. Мы не помогали бы тебе на этом пути, если бы твое пребывание здесь ныне не было священным.

Майкл никогда не считал, что его выбор пойти этим путем священен. Он все время воспринимал его как бегство. Сейчас он проходит обучение, необходимое для того, чтобы попасть домой, — но почему-то эти ангелы чтят и благословляют такое решение. Красный прав. Он не видит полной картины происходящего.

— Я когда-нибудь пойму?

— Поймешь, когда подойдешь к двери, ведущей домой, и откроешь ее.

Красный встал и церемонно распрощался. Когда дверь за ним закрылась, Майкл встал и подошел к стулу, где только что сидел ангел. Можно было подумать, что там обедал трехлетний ребенок! Крошки, сок, кусочки овощей — повсюду. Майкл от всей души расхохотался.

— Я люблю тебя, Красный! — воскликнул он.

Майкл осознал, сколько любви и заботы стояло за решением Красного разделить с ним трапезу. Ангелу пришлось стараться изо всех сил. «Очевидно, даже ангелы кое-чего не умеют, — подумал Майкл. Затем у него возник вопрос. — Если уж ангелы чего-то не умеют, возможно, есть вещи, на которые не способен сам Бог?» В голове сразу же прозвучал ответ. Это был голос Фиолетовой!

Да. Бог не способен лгать. Бог не способен ненавидеть. Бог не способен на беспристрастные решения, ибо всегда исходит из любви. Именно в этом суть ваших уроков на Земле: вы — мерило беспристрастности для Бога.

Ого! Майкл осознал, что ему только что сообщили глубочайшую истину, но ничего не понял. «Возможно, со временем даже это мне станет понятно», — подумал он. Было приятно снова услышать голос Фиолетовой. Что за дивная страна!

Когда Майкл заснул, в его снах то и дело всплывали два ангельских имени, Анниху и Элиуин, в окружении ярких цветов и геометрических узоров. Великолепное зрелище! В ту ночь Майклу спалось очень хорошо.

* * *

На следующий день, Майкл ожидал начала занятий с огромным нетерпением. Он быстро проглотил завтрак и пошел вслед за Красным в кинозал. Майкл чуть ли не бегом бросился к своему красному креслу, уселся и уставился в экран, ожидая дальнейших откровений членов своей новой семьи. На этот раз выступали люди, с которыми у него в жизни сложились не столь добрые отношения. Однако все сказанное ими не вызвало никаких возражений.

Первым выступил хулиган Генри. Он рассказал об их контракте и о тяжелой предыстории этого контракта. В далеком прошлом Майкл и Генри были матросами на одном корабле, и некоторые обстоятельства их тогдашней жизни обусловили необходимость трудных уроков в будущем. Все это было невероятно интересно и, как ни странно, понятно Майклу. Они — партнеры в некоем нескончаемом энергетическом танце. Образ Генри начал таять, и Майкл поблагодарил его за безупречно сыгранную роль.

Затем говорила женщина, которая была за рулем машины, убившей его родителей. Она рассказывала о происшедшем с явным удовольствием. Женщина назвала себя «входящим катализатором завершения» — еще один духовный термин, пока что непонятный для Майкла. Насколько он понял, у нее той ночью была назначена встреча с родителями Майкла, и она прибыла точно в оговоренное время. Она рассказала о сеансе планирования и о том, как все сущности радостно аплодировали, когда все завершилось. Для сущностей на другой стороне смерть обладает совсем не такой энергией, как для землян. Они воспринимают ее почти как игру!

Женщина не попросила прощения за то, что сделала. В этом не было смысла, ибо все совершилось безупречно. Майкл больше не осуждал ее. На самом деле Майкл был ей благодарен, о чем и сказал:

— Спасибо тебе за твой дар, дорогая, — ив этих словах не было фальши.

Выступления членов семьи, запланированные на этот день, завершились. Майкл встал со своего места и пошел ужинать. Еще девять человек поведали ему о своих текущих контрактах и о прошлых жизнях.

На этот раз Майкл уже не приглашал Красного присоединиться к трапезе, а просто попросил посидеть вместе с ним за столом. Майкл собирался задать еще кое-какие вопросы, но не, хотел, чтобы во время их беседы во все стороны сыпалась пища и лились напитки.

— Послушай, Красный, многие из этих людей до сих пор; живут на Земле. Как получается, что они одновременно предстают передо мной и рассказывают свои истории?

— Опять-таки, Майкл Томас, ты пытаешься понять нашу реальность, основываясь на человеческом опыте. «Реальный Майкл Томас» может находиться во многих местах одновременно. «Частица Бога», составляющая наивысший уровень твоей души, не всецело пребывает с тобой на Земле. Она может одновременно находиться в других местах и заниматься другими делами — например, строить новые планы, чтобы реализовать энергетический потенциал вашей семьи с учетом того обстоятельства, что ты решил изменить свой путь, — Красный сделал паузу и, улыбаясь, смотрел на Майкла, который переваривал сказанное.

— Новые планы?

— Да, — подтвердил Красный.

Майкл был ошеломлен. Все стало понемногу становиться на свои места, Сеансы планирования происходят не только перед приходом на Землю. Какая-то часть его, находящаяся за пределами сознания, осуществляет планирование даже сейчас, согласуя контракты с новым уровнем просветления, которого достиг Майкл!

— Это что-то вроде раздвоения личности?

— Майкл, закрой глаза, — Красный собирался преподать ему очередной урок. — Сосредоточься. Вспомни то, что происходило утром. Представь себе, что сидишь в кинозале.

Майкл повиновался. Ангел продолжил:

— Где ты сейчас находишься?

— В кинозале, — ответил Майкл.

— А я-то думал, ты ужинаешь в столовой.

Майкл открыл глаза и с недовольством посмотрел на Красного.

— Погоди минутку, но это ведь всего лишь игра воображения. Это не более реально, чем сны. Мое тело здесь, а в кинозале только мысли.

— Хорошо, а что реально, твое тело или мысли? — спросил Красный.

— Тело… я полагаю, — неуверенно ответил Майкл. Красный не стал возражать. Вместо этого он склонился к уху и сказал кое-что, о чем следовало хорошенько подумать:

— Майкл, прошлой ночью… — ангел выдержал эффектную паузу, — ты снова встретился со своими родными. На этот раз они продемонстрировали тебе свою подлинную энергию и ты называл их настоящими именами. Вы путешествовали вместе, вам было очень хорошо.

Майкл перестал есть.

— Ты хочешь сказать, что это было реально?

— Да.

— Но я же спал… мне все это приснилось!

— Твоя человеческая природа не позволяет понять истинную реальность Духа, Майкл. Сознание — вот подлинная реальность. Физическая оболочка дается лишь на время. Твоя клеточная структура, хотя она сама по себе и является священным сосудом, служит всего лишь вместилищем, где пребывает Дух твоего сознания. И ты можешь переносить этот Дух, куда пожелаешь. Поэтому твоя реальность там, где находятся мысли. Поверь мне, это правда, — Красный улыбнулся.

— И я могу покидать свое тело? — озадаченно спросил Майкл.

— Ты делаешь это постоянно, Майкл! — Красный от всей души забавлялся беседой. — Именно таким образом человек и оказывается в двух местах одновременно, как ты выразился. Это не так странно, как кажется! Пока ты не забываешь вернуться в сосуд, это вполне уместно. Во время земной жизни ты считаешь своим долгом содержать сознание именно в этом сосуде, что отнюдь не мешает тебе путешествовать.

— Ты говорил, что какая-то часть меня находится вне тела?

— Да, — Красный знал, каким будет следующий вопрос.

— А где она? — спросил Майкл.

Красный встал и направился к двери, поскольку Майклу уже пора было отправляться в кровать. На пороге он обернулся и ответил:

— Она находится в самом священном из всех мест. Рядом с другими. В храме физики. Вместе с Богом, — сказав это, ангел вышел.

Слишком много новой информации, которую Майкл пока не мог расшифровать. «Храм физики? Это еще что такое? Звучит, словно научный проект какой-нибудь церкви или название нового кинофильма с участием Гаррисона Форда. Что бы это значило?» Едва ли не каждый ответ влечет за собой новые вопросы.

Майкл улегся в постель. Прежде чем заснуть, он вспомнил слова Красного о том, что сны представляют собой реальность. Неужели он вправду прошлой ночью путешествовал вместе с новой родней? Если да, то почему у него не осталось отчетливых воспоминаний? Это все так ново… так изумительно. Размышляя об этом, Майкл соскользнул в то состояние, где земной человеческий ум весьма смутно осознает происходящее. И снова отправился в свое любимое место, которое так часто посещал во сне, — где любовь сливается с реальностью, где встречаются члены семьи, чтобы поговорить о прошлом, настоящем и будущем, — где кажется, будто нарушаются законы физики, но на самом деле они там создаются. Наутро Майкл ничего этого не вспомнит.

* * *

Наступил последний день в красном доме. Майклу осталось встретиться совсем с немногими астральными проекциями, поскольку не менее пяти из них были пропущены, — те, с кем Майкл так и не познакомился в текущей жизни. Майкл выслушал рассказ того самого школьного учителя истории, которого он некогда оклеветал перед дирекцией, а также грабителя, который своими действиями спровоцировал нынешние события. Казалось, все это было так давно…

Майкл внимательно выслушал всех. Он с благодарностью признал, что все они члены одной семьи и их очень многое связывает в нынешней и прошедших жизнях. Когда все завершилось, Майкл обрел новый взгляд на вещи, мало кому из людей пока еще доступный. Его мировосприятие стало несравненно более просветленным, чем прежде. И он в который раз пожалел, что не может вернуться с этим новым багажом в Лос-Анджелес, а также о том, что не знал всего этого раньше.

Если бы он изначально знал о контрактах и кармической энергии, то воспринимал бы даже самые тяжелые минуты в своей жизни намного спокойнее! Он был бы самым лучшим из людей, когда-либо живших на планете. Возможно, все это не даром скрыто от жителей Земли. Возможно, именно в этом и состоит тот урок, о котором так часто говорят в этой ангельской стране. Тебя словно погружают в кромешную тьму, чтобы выяснить, сумеешь ли ты узнать о существовании света. Грандиозная головоломка. В любом случае, Майкл был очень благодарен за это путешествие, принесшее ему знания и просветление.

Тем вечером Майкл совершил определенные церемониальные действия со своим телом, которым научил его Зеленый. Он ощущал приближение очередного повышения вибраций и в точности следовал рекомендациям Зеленого на этот случай. Процесс занял несколько часов, после чего Майкл абсолютно точно знал, что вышел на новый уровень, где его биологическая система определенным образом слилась с духом. Знания, обретенные в различных домах, как бы спровоцировали физиологическую реакцию в его клетках. Майклу вспомнились слова Зеленого о том, что его дух пребывает в каждой клетке. Теперь эти слова обрели новый смысл.

Он снова хорошо выспался и проснулся исполненный сил, совершенно не помня о своих астральных путешествиях и встречах с семьей. После завтрака Майкл надел полное боевое облачение — меч, щит и доспехи — и вышел из апартаментов, где его уже ждал Красный, чтобы провести к выходу из дома. Увидев Майкла, ангел не смог скрыть своего изумления.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, ты изменился.

— Я знаю, — на самом деле Майкл был не совсем уверен, что предыдущим вечером сумел успешно провести церемонию и осуществить вибрационный сдвиг. — Как ты понял, Красный? Каким образом ангелы определяют, что вибрации человека изменились?

Красный все еще смотрел на Майкла с благоговением.

— Это видно по твоим цветам, — тихо сказал ангел. — Никогда прежде человек не изменялся столь быстро, Майкл. Ты уникален. Ты очень быстро понимаешь и принимаешь то, что тебе дают. Ты воистину необычный человек!

Сказав это, Красный повел Майкла по лабиринту коридоров и комнат к маленькой двери красного дома. Майкл вышел на залитое солнцем крыльцо и надел туфли, которые так и стояли там, где он их оставил. Слова ангела о цветах были ему непонятны, однако это не имело особого значения.

— Я никогда не забуду этот дом, друг мой, — сказал Майкл. — Здесь я познакомился со своей семьей.

Красный улыбнулся. Да, человек по имени Майкл Томас действительно познакомился со своей семьей только здесь. На самом же деле его дух знал всех этих сущностей очень давно.

— Майкл, в двух оставшихся домах тебя ждет еще очень много неожиданностей. Благодаря новым вибрациям ты будешь переживать их особенно остро. Готов ли ты к этому?

Майклу в словах ангела послышалось предостережение, и он озабочено спросил:

— Мне грозят неприятности, Красный?

— Прежде чем ты достигнешь двери с надписью «Дом», тебе придется пройти через ряд испытаний для тела, духа и сердца, — серьезно ответил Красный. — Возможно, эти испытания будут намного тяжелее всего, что тебе пришлось пережить в этой стране до сих пор. Некоторые из них поставят под вопрос сам этот путь и заставят тебя усомниться в реальности происходящего. Некоторые ошеломят тебя своими масштабами. Некоторые могут даже испугать.

Слушая эти слова, Майкл расправил плечи. Он понимал, что впереди его ждут испытания, но, как и прежде, был исполнен решимости. Он прошел такой длинный путь не для того, чтобы отступить.

— Понимаю, — сказал Майкл. — Я готов.

— Воистину готов, мой друг-человек, — Красный по-прежнему смотрел на Майкла так, словно видел впервые. — У меня есть к тебе вопрос. После того как его задам я, ты услышишь этот вопрос еще два раза. Последний раз будет самым важным.

«Наконец!» — подумал Майкл, радуясь, что ангел дал хоть какую-то информацию относительно вопроса, который ему задают в каждом доме. Должно быть, он каким-то образом связан с седьмым домом и с тем, что Майкл там обнаружит.

— Я готов ответить на твой вопрос, Красный, — Майкл, прекрасно знал, в чем состоит вопрос, но хотел, чтобы ангел выполнил свою почетную обязанность и задал его сам. Красный понял, что Майкл сознательно дает ему возможность насладиться торжественным моментом, и испытывал к человеку благодарность за это.

-Майкл Томас с Чистым Намерением, любишь ли ты Бога?

— Да, я люблю Бога, не меньше, чем тебя и других, — Майкл шагнул к ангелу и сделал то, чего не делал никогда прежде. Он обнял Красного! Не так-то просто было обхватить руками эту массивную фигуру, но Майкл постарался. Красный сразу же откликнулся на этот прощальный жест и склонился, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Ангел тоже заключил Майкла в объятия, закутав его в свою легкую красную мантию.

— Это очень символично, Майкл, — сказал Красный, когда они разомкнули объятия. — Зеленый и Фиолетовая сказали мне, что ты первый человек, чьи вибрации достаточно высоки, чтобы прикоснуться к ангелу, — Красный был растроган. — Прежде нам никогда не приходилось обнимать человека. Я запомню этот миг навсегда.

Майкл с благодарностью принял эти добрые слова и пошел по тропинке, ведущей к главной дороге. Теперь у него был выбор — идти по дороге или нет. На этот раз он сознательно выбрал дорогу, ведущую к следующему дому. Майкл уже знал, что очередной дом будет белым. Майкл оглянулся и на прощание помахал Красному рукой. Ангел стоял на пороге, провожая человека взглядом. Он восхищался успехами Майкла и гордился тем, что его дары и оружие настолько гармонично сочетаются с человеческой природой. Никогда прежде это слияние не осуществлялось столь полно.

Через несколько минут из своего укрытия выбралась отвратительная призрачная тварь, смердящая смертью. Чудище направилось вслед за человеком по дороге, ведущей к следующему дому. ОНО двигалось вдоль обочины, не оставляя следов. Тварь прошла мимо ангела, устремив на него свой страшный взор. Красный был первым, кто заговорил с чудовищем.

— У тебя нет ни малейшего шанса, призрак, — с этими словами ангел повернулся к твари спиной и скрылся за красной дверью.

 

Глава десятая

ШЕСТОЙ ДОМ

Путешествие к следующему дому прошло без происшествий. Майкл более остро, чем когда-либо, ощущал, что за ним следят. Однако страха не было — только настороженность. Он совершенно отчетливо ощущал темную энергию сущности, которая следовала за ним на некотором расстоянии. Прежде он не чувствовал энергию твари так четко. Словно Майкл Томас обрел второе зрение, — возможно, это и есть шестое чувство? Он ощущал присутствие этой энергии совершенно отчетливо! Что это все означает? Что это за тварь? Что ей нужно? Почему она не показывается ему на глаза? Почему соблюдает дистанцию?

Майкл вспомнил бурю, когда призрачная зеленоватая фигура вышла из укрытия и набросилась на него, беспомощного, а затем, кажется, просто исчезла с ударом молнии. Возможно, тварь просто боится Майкла? Тогда ему нечего опасаться, и нужно просто остаток пути держать призрака на расстоянии.

Однако Майкл чувствовал, что рано или поздно ему придется встретиться лицом к лицу с этой темной сущностью, которая тенью влачится за ним от дома к дому. На это намекал Красный, и это же подсказывала Майклу его обострившаяся интуиция. «Будь осторожен, Майкл!» — вновь и вновь звучало в уме. Это предостережение само зарождалось внутри? Или исходило извне? Он начал осознавать, что голоса ангелов каким-то образом влились в его сознание и дают советы в пути. Как это все ново!

Оглядываясь, он дважды заметил призрачную тень жуткой твари. Что ж, она хотя бы позади него. Майкл подумал, что если она достаточно хитра, то обгонит его и будет поджидать на дороге между шестым и седьмым домами. «Будь готов к этому», — отчетливо прозвучал в голове голос интуиции. Майкл достал карту, чтобы посмотреть, обозначается ли на ней каким-то образом энергия этого сумрачного призрака. Однако карта выглядела как обычно: красная точка ТЫ ЗДЕСЬ и ландшафт на пару сотен метров вокруг. Майкл оглянулся туда, где только что видел метнувшуюся в сторону тень и понял, что тварь держится вне зоны действия карты. Вероятно, она знает, что будет видна на карте, и поэтому держится на расстоянии, подумал Майкл. Нужно это запомнить. Он чувствовал, что эта информация может ему пригодиться.

Белый дом обнаружился довольно скоро — едва перевалило за полдень. Маленький и неприметный, он ничем не отличался от обычного сельского домика. Приблизившись, Майкл поискал глазами табличку, в надежде, что она подскажет ему, какие уроки сулит этот дом. Его любопытство было вознаграждено: действительно, неподалеку от дома красовалась табличка с надписью «Дом Любви». Майкл заинтересовался. Что бы это значило? Ему казалось, что все ангельские дома полны любви. Очень много говорилось о любви в Доме Взаимоотношений… однако белый дом посвящен любви целиком.

Майкл свернул с дороги и пошел по тропинке к крыльцу. На пороге его никто не встретил. Как обычно, на крыльце было специальное место для обуви. Может быть, нужно дождаться, пока выйдет белый ангел? Майкл решил не ждать. Он снял туфли, поставил их на место, открыл дверь и вошел внутрь.

На Майкла пахнуло ароматом цветов! Это ощущение было ему знакомо. Он стоял в небольшом коридоре, ведущем в обширное белое пространство. Майкл медленно прошел по коридору и оказался в безграничной белой пустоте. Он вспомнил это место. Именно здесь он оказался во время самого первого видения! Внезапно перед ним предстал тот же огромный белый ангел.

— Приветствую тебя, Майкл Томас с Чистым Намерением! Вот мы и встретились, — ангел улыбнулся своей неотразимой улыбкой… и этот неописуемый голос!

Майкл был очень рад снова видеть эту дивную сущность. Он опять изумился легкости тончайших одежд ангела. Казалось, ангел просто растворен в белом пространстве дома. Майкл интуитивно почувствовал, что Белый, — так он будет называть хозяина этого дома, — отличался от остальных. Он парил! Все остальные ходили. И еще казалось, лицо Белого несет на себе более глубокий отпечаток Божественности, чем другие, — если такое вообще возможно. Другие ангелы, встретившиеся Майклу на пути, стали ему друзьями, семьей. Этот же был подобен священнику. Он сиял! Майкл почувствовал, что прикасаться к этому ангелу не следует, ибо в нем заключена колоссальная энергия. Новые интуитивные способности Майкла работали безупречно.

— Теперь у тебя появилось лицо, — Майкл подмигнул Белому. Он вспомнил, что в прошлую встречу черты ангела были словно размыты.

— Да, это правда. Но ты можешь ясно видеть меня только потому, что значительно продвинулся вперед. Ты добился больших успехов, Майкл. До сих пор никто из людей, путешествовавших по этой стране, не достигал такого уровня вибраций. 06 этом говорят новые цвета твоего имени, — и эти цвета сохранятся навсегда, независимо от твоих дальнейших успехов на пути… Даже если тебе не удастся дойти до последнего дома.

Ну вот, опять. Возможно, Майкла уже готовят к неизбежной неудаче? Или просто немного сомневаются в его силах? Вот и Красный намекал, что в последний момент он может сойти с этого священного пути. «Что еще за трудности меня ждут?»

— Твоя решимость продолжать путешествие подвергнется; серьезному испытанию в этом доме, — сказал Белый, опять прочтя энергию Майкла. — Не все так, как кажется. Пусть эти слова служат тебе ориентиром, и ты с честью справишься с предстоящим испытанием.

Майкл вспомнил тот момент, когда Белый произнес эти слова впервые. До чего же они верны! Это предостережение не делать предположений. Это предупреждение о необходимости быть осмотрительным, — и оно должно каким-то образом помочь ему. Майклу захотелось узнать о Белом побольше.

— Белый, ты отличаешься от других?

— Да, Майкл. Я ЕСТЬ. Это дом любви. Это чистейший из домов, где ты бывал до сих пор, — чище будет только следующий. В предыдущих домах тебя ждали уроки, а здесь нет. Это дом-источник. Центр.

— Но это же шестой из семи домов, а не средний… если брать по порядку! — воскликнул Майкл.

— И опять-таки все не так, как кажется, — улыбнулся ангел. — Поверь мне, центр здесь. Порядок домов на дороге определяется программой твоего обучения, Майкл. Их расположение обусловлено человеческими потребностями.

Майкла все это очень заинтересовало, и он решил расспросить ангела о белом доме.

— А что произойдет здесь?

— Откровение…

Ангел подлетел немного ближе. Что за лицо! Если у любви есть лицо, значит, это оно. Прекрасное, изумительное, умиротворенное. Белый добавил, отвечая на вопрос Майкла:

— Выбор. Переосмысление всего. Очередное повышение вибраций, если захочешь.

— А кто ты на самом деле? — спросил Майкл. — Ты не просто белый ангел из шестого дома. Я это чувствую.

— Я ЕСМЬ СУЩИЙ, Майкл Томас, — и все это знают. Меня все знают — следовательно, я существую.

Точно такой же ответ Белый дал тогда, когда Майкл задал этот вопрос впервые. Ни тогда, ни сейчас человек ничего не понял.

— Я не до конца понимаю твой ответ, Белый, но, несомненно, когда-нибудь пойму. Из всех ангелов, которых я встречал до сих пор, ты величайший, — Майкл говорил от всего сердца. Он почувствовал, что перед ним сущность, обладающая огромным духовным значением и колоссальной энергией.

— Может быть и так, Майкл Томас, но есть еще один, кто превосходит величием нас всех.

Белый терпеливо подождал, пока Майкл обдумает эти слова, затем повернулся и поплыл прочь, жестом позвав человека следовать. Белый вел Майкла по лабиринту размытых призрачных помещений. Майкл совсем не мог различить деталей! Комнаты и коридоры — если это действительно комнаты и коридоры — имели совершенно неопределенные формы и размеры.

— Что с моим зрением, Белый? Все сливается и перемешивается.

— Многое из того, что ты видишь, принадлежит иным измерениям, Майкл Томас, и ты пока еще не способен в полной мере осмыслить все это. Именно поэтому я не встретил тебя на крыльце. Я не могу выйти за порог этого дома, поскольку объекты из моего измерения не могут существовать в физических условиях вашего мира.

Майкл знал, что они затронули предмет, недоступный его пониманию, поэтому не стал расспрашивать подробнее. Белый подвел Майкла к обычной двери, которую тот мог видеть отчетливо.

— Спальня и столовая находятся в твоем измерении. Ты войдешь туда сам. Я буду ждать тебя здесь утром, после завтрака.

Белый был очень обходителен. Он приветливо улыбнулся Майклу, и у того стало тепло на душе. В этом голосе было что-то такое, отчего хотелось слушать его бесконечно. Изумительный голос! Майкл вспомнил свои чувства, когда он впервые услышал смех этого ангела. Расставаться не хотелось.

— Тебе необходимо уйти?

— Да, совсем ненадолго. Утром я вернусь.

— Я буду скучать по тебе.

Майкл чувствовал себя так, словно прощается с родственником, с которым встретился после долгой разлуки, а теперь вновь расстается. Очень не хотелось, чтобы Белый уходил. Его энергия действовала на Майкла как наркотик! Очень необычное ощущение. Когда Майкл это осознал, у него возник вопрос. Белый знал, что он его задаст.

— Белый, что это за ощущение? Можешь ли ты объяснить, так, чтобы я понял?

— Нет, — честно ответил он, улыбнувшись Майклу. — Но я все равно скажу. :

Этот величественный ангел охотно рассказывал обо всем, даже о том, что было явно выше понимания Майкла:

— Я представляю источник всей материи. Я существую в силу того, что существую, и являюсь причиной существования. Вселенной. Я живу в наивысших научных парадоксах и в то же время служу источником эмоций каждого отдельно взятого человеческого сердца. Я мельчайшая физическая частица и самый большой объект в космосе. Я представляю весь свет в мироздании. Я пространство между атомным ядром и электронным облаком. Я самая неистощимая сила Вселенной и наиболее интенсивный источник энергии. Я происхожу из самого отдаленного и при этом самого мощного источника силы во всем мироздании. Я песок в песочных часах времени и одновременно центр, где времени не существует. Я творческая сила, позволяющая материи взаимодействовать с сознанием, и поэтому я — чудо. Я ЕСМЬ любовь.

Майкл абсолютно ничего не понял, но слова ангела внушили ему благоговейный трепет. Белый был исполнен святости. В этом доме Майкл встретил частицу самого Бога, величественную и священную. Ныне он общался не с учителем, но с представителем иного мира — великой сущностью, с голосом, какого не было больше ни у кого на свете. Когда Майкл встретил Белого в первый раз, у него возникло то же самое ощущение.

— Спасибо, Белый, — сказал Майкл с чувством, — спасибо.

Ангел долго молча смотрел на Майкла, а затем заговорил. Его бархатистый голос коснулся слуха, словно капля утренней росы, соскользнувшая с нежного лепестка.

— Ты недолго пробудешь здесь, Майкл Томас. Завтра я расскажу тебе о четырех признаках любви, а затем ты кое с кем встретишься.

По взгляду Белого Майкл понял, что его ждет какое-то очень сильное переживание. Глаза ангела были полны любви и сострадания.

Белый ушел, а Майкл остался у дверей, чувствуя, что не насладился всем этим вдоволь — дивным ангельским голосом, новыми знаниями, умиротворением! Да, но умиротворение осталось! Белый буквально излучал его, но оно не исчезло, когда ангел ушел. Что за дивное чувство!

Майкл совсем забыл о еде и заметил, насколько проголодался, только когда из столовой донесся запах пиши. Он переоделся, умылся и направился в столовую, твердо решив лечь пораньше.

После ужина он сразу улегся в постель и спал крепко, как никогда. Пережитое сегодня было сильнее и выше всех чувств, с которыми он познакомился в других домах. Умиротворение было настолько сильным, что он почти чувствовал его вкус и запах. Он отдохнул глубоко, как никогда прежде.

* * *

Поравнявшись с белым домом, мерзкая и злобная сущность с красными глазами не остановилась, чтобы укрыться где-нибудь в ветвях дерева. Майкл уже вошел в дом, и ОНО знало, что может пройти мимо незамеченным. Подгоняемая злыми мыслями, тварь пошла дальше. Около часа ОНО быстро шагало по дороге в сторону следующего дома, пока не отыскало местечко, идеально подходящее для западни. ОНО внимательно осмотрелось, чтобы убедиться, что у жертвы нет ни малейшей возможности ускользнуть. Теперь оставалось только ждать и репетировать свои дальнейшие действия. Это будет безупречная ловушка, думало ОНО. У Майкла нет ни малейших шансов. Он совершенно утратит бдительность.

Если бы на закате того дня вам довелось пройти по этой дороге, вы увидели бы одинокого мужчину под деревом, который снова и снова повторял одни и те же слова — словно готовил речь. Подойдя поближе к этому якобы безобидному человеку, вы бы увидели черты честного крестьянина и услышали по-отечески заботливый голос — голос, принадлежащий отцу Майкла Томаса.

* * *

Майкл проснулся рано и подготовился к грядущему дню. Его покои мало чем отличались от того, что было в предыдущих домах, но здесь все было окрашено в белый цвет. Майклу всегда казалось, что «белое на белом» — женское сочетание, но теперь он переменил свое мнение. Здесь белизна навевала чувство покоя и умиротворения. В шкафу нашлась белая одежда, а также тапочки.

Он позавтракал — о, что за дивная трапеза! Радовал не только вкус еды, но и ее внешний вид. Покрытый белой скатертью стол с белой фарфоровой посудой. Белые чашки, белые стаканы, даже ножи и вилки белые. Пища выглядела на фоне белых приборов очень живописно, — он словно попал в картинную галерею. Майкл ел медленно, наслаждаясь изысканной обстановкой. Казалось, он обедает во дворце, — равный среди царей.

Позавтракав, Майкл глубоко вздохнул. Он был уверен, что, величественный белый ангел уже ждет его за дверью. «Что принесет мне сегодняшний день?» — подумал он. Если любовь — величайшая сила во Вселенной и Майкл увеличивает свои вибрации, приближаясь к ней, — что же может соблазнить его сойти с этого пути?

Майкл открыл дверь и вышел в расплывчатый зал белого дома. Он оказался прав. Белый ждал его в том самом месте, где они расстались накануне. |

— Доброе утро, Майкл Томас, — приветливо сказала сущность. Майкл немедленно ощутил колоссальную энергию окружающую Белого.

— Доброе утро, Белый.

— Ты готов двигаться дальше?

— Да, — Майклу очень нравилось, как он себя чувствовал здесь, но все равно было немного тревожно.

Белый отвел его в комнату со стулом и предложил сесть. Майкл подчинился. Здесь не было никаких наглядных пособий, графиков, экранов — только белый зал со стулом, где сейчас сидел Майкл. Ангел стал перед ним и заговорил:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, сейчас я расскажу тебе о четырех признаках любви. Когда чистая Божья любовь напитает все твое существо, каждая клетка тела будет вибрировать этой безупречно чистой энергией. Изменится твой взгляд на вещи. Изменится твое отношение к людям. Ты обретешь способность видеть ясно. Любовь — это сущность всего мироздания, но, как ни странно, в вашем языке есть лишь одно слово для обозначения этого удивительного явления, — ангел улыбнулся. — Я хочу показать тебе, как действует любовь. Следуй за мной.

Дальнейшее просто потрясло Майкла. Он полагал, что повидал уже достаточно много в первых пяти домах и пережил все, что возможно пережить, — но подобного путешествия еще не было! Его внезапно увлекло в многомерную реальность. Они с Белым сохранили ясность очертаний, а все остальное закружилось, словно во сне. Возникло ощущение стремительного движения, но голова совсем не кружилась. Белая расплывчатая комната взорвалась бурным водоворотом красок и звуков. Майкл вместе со стулом мчался в неизвестность. Бее это было очень неожиданно, но страха он не испытывал. Дивное приключение!

Наконец они с Белым «прибыли». Бурное коловращение многомерного пространства понемногу улеглось, и они оказались в больнице. Это удивило Майкла. Он-то думал, что Белый уносит его в какие-то небесные чертоги, чтобы показать божественную любовь. А тут самая обыкновенная больничная палата. На единственной кровати лежал пациент, опутанный проводами и трубками. Майкл понял, что находится в отделении интенсивной терапии.

До чего все реально! Он слышал каждый звук и ощущал запах антисептиков, которые добавляют в воду для мытья полов и стен в больницах. За время своего духовного путешествия по священной стране Майкл совсем отвык от подобных звуков и запахов, и теперь невольно поморщился. Все это было таким далеким, но в то же время знакомым. Два пришельца разместились в точке, откуда можно было обозревать всю комнату. Они неподвижно зависли в одном из углов под потолком. Было тихо, и Майкл тоже молчал. Тишину нарушало лишь пощелкивание, шипение и пиканье медицинского оборудования. В кровати лежал человек весьма преклонных лет. Очень бледный, изможденный, очевидно, тяжелобольной. Его глаза были закрыты.

— Что с ним? — спросил Майкл шепотом, словно пациент мог его услышать.

— Умирает, — ответил Белый. Майкл хотел спросить что-то еще, но туг в палату вошла женщина. На вид ей было сорок с лишним лет. Она некоторое время постояла у порога, глядя на больного. Майкл сразу осознал, что это необычная женщина. Его интуиция работала безотказно, несмотря на то что это было всего лишь видение.

— Кто она? — спросил Майкл.

— Дочь умирающего, — ответил Белый, — Она главная героиня истории, которую я хочу тебе показать. — Майкл внимательно слушал каждое слово ангела. — Женщину зовут Мэри, и у нее есть все основания презирать этого пожилого мужчину.

— А почему она должна плохо относиться к своему отцу?

— Потому что он совратил ее в детстве, — ответил Белый. — Он искалечил свою дочь душевно и физически. Испортил ей жизнь.

Белый сделал паузу. Женщина подошла к кровати больного. Затем продолжил:

— Мать ничего не знала, — Мэри просто боялась что-либо ей рассказывать и вела себя замкнуто и отстранение. Между ними выросла стена непонимания. Мэри рано ушла из дому, подальше от похотливого отца, а мать подумала, что дочь сбежала от нее. Пропасть между ними стала еще шире. Мэри так ничего и не сказала матери, и та умерла в полной уверенности, что дочь ее не любит.

— Это ужасно! — Майкл искренне опечалился. Он остро чувствовал несправедливость ситуации и очень жалел Мэри. Белый посмотрел на него с недоумением.

— Это одна семья, Майкл. Разве ты уже забыл уроки, преподанные тебе в красном доме?

Майклу стало немного стыдно. Конечно, он не забыл уроки, но просто пока еще не научился применять новые знания о своей духовной семье к другим людям. Он понял, что Белый говорит о том факте, что отца с дочерью связывает кармический контракт, подобный тем, какие заключены между Майклом и членами его духовной семьи.

— Дальше стало еще хуже, — продолжал Белый. — Когда Мэри попыталась завязать нормальные взаимоотношения с мужчиной и найти себе мужа, психологическая травма, полученная в юности, мешала ей. Она так и не смогла выйти замуж и родить детей.

Вздохнув, Майкл сказал:

— Ничего себе контракт! — Он был ошеломлен теми страданиями, через которые пришлось пройти Мэри.

Ангел с восхищением посмотрел на Майкла. Белый не сказал ни слова, но Майкл все равно увидел в этом взгляде похвалу за успехи, достигнутые им на пути.

— Понимаешь ли ты, Майкл Томас, что происшедшее между Мэри и ее отцом — это выполнение контракта, основанного на величайшей любви?

— Да, понимаю, Белый. И все же мне, человеку, сложно постичь и принять эту концепцию.

— В этом проявляется твоя двойственность, Майкл. Возможно, ты так и не примешь некоторые вещи при жизни в человеческом теле, и это совершенно уместно.

Майкл по-прежнему смотрел на происходящее в палате. Мэри спокойно глядела на отца, возможно, ждала, когда он проснется. Она поставила свою сумку на тумбочку у кровати.

— Должно быть, она ненавидит его всей душой, — тихо и грустно сказал Майкл.

— Нет, Майкл. Она его очень любит.

Потрясенный этими словами, Майкл обернулся к Белому и спросил:

— После всего, что он сделал?

— Мэри в чем-то похожа на тебя, Майкл Томас, и в чем-то отличается. — Ангел сделал паузу и пристально посмотрел Майклу в глаза, ожидая реакции. Майкл слушал. — В отличие от тебя, она сейчас находится на Земле. Но при этом она в полной мере осознает все, что ты узнал в первых шести домах.

Майкл был ошеломлен! Он был уверен, что человек может получить все эти духовные знания и навыки только в таком вот путешествии по стране семи домов. Он просто не знал, что сказать. «Как это возможно?» — думал он. Ангел заметил смятение Майкла и продолжил:

— Мэри осуществила свой вибрационный сдвиг самостоятельно, Майкл, и на это у нее ушло почти девять лет. Ты же сделал то же самое за считанные недели! Ты воистину необычный человек. Однако та информация, которую ты собрал в первых пяти домах, а также информация, которую тебе еще предстоит получить в оставшихся двух, доступна людям Земли в течение многих тысячелетий. Для того чтобы ее получить, человеку необходимо только осознать двойственность своей природы и высказать намерение найти истину о своем бытии. О том, как устроен мир, написано много книг, и есть множество учителей, которые готовы помочь прийти к пониманию.

Майкл сидел, молчаливый и задумчивый. Слишком много информации — нужно неторопливо переварить ее и понять, что все это значит. Стало тяжело на душе. Возможно, он допустил ошибку, когда во время первого видения попросил Белого, чтобы ему позволили покинуть Землю и вернуться домой? Теперь оказалось, что все, чему он обучился здесь, можно было бы узнать и на Земле.

— Белый, а почему у нее на это ушло девять лет?

-Она шла в своем темпе, Майкл, и мы чтим ее за это. К тому же у нее не было такого преимущества, как у тебя, — учителей и тренеров из мира ангелов. И еще ей не выпала честь лично познакомиться со всеми членами своей семьи, и она не знает их ангельских имен. Кроме того, она живет в трехмерном мире в условиях более низкой энергии. Поэтому ее человеческая двойственность проявляется сильнее, следовательно, к просветлению и осознанию ей пришлось идти дольше.

Майкл сидел и смотрел на Мэри. Эта женщина обладала необычайно высокими вибрациями, — но до чего же слабой и хрупкой она была на вид.

— Пусть внешность тебя не обманывает, Майкл. Все не так, как кажется, — белый ангел снова прочел энергию Майкла. Эта женщина — воин света. Она достаточно сильна, ведь ей удалось сразить чудовище!

Майклу стало не по себе. «Интересно, что это значит?» Он собрался спросить об этом вслух, но тут заговорил Белый:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, я привел тебя сюда, чтобы на примере этой неприметной на вид женщины объяснить четыре признака любви. — Майкл притих. Он интуитивно чувствовал, что должен еще многому научиться. В тот самый момент, когда он уже решил, что почти уже пришел домой, выяснилось, что все не так просто, как казалось. Ангел продолжал: — Будь внимателен, ибо Мэри несет в себе ту же энергию, что и я. Она понимает любовь, Майкл, и поэтому в ней пребывает частица меня. Не существует более могучей энергии. Кроме того, эта женщина приняла Золотого.

Майкл понимал, что сейчас не время задавать вопросы. Он смотрел на разворачивающуюся под ними сцену, а Белый между тем объяснял, что происходит.

— Майкл Томас, первый признак любви таков: ЛЮБОВЬ ТИХА. Посмотри, Мэри не вошла в палату под звуки фанфар. Ее отец очень болен. Он слаб и не в силах защитить себя. Отличная возможность отомстить. Она могла бы громогласно возвестить о своем приходе, сея страх в душе отца. Этот человек прекрасно понимает, что сделал когда-то. Ему стыдно, он переполнен чувством вины. Неблаговидные поступки прошлого повлияли и на его жизнь, омрачив последние годы. У него нет тех духовных знаний, которые есть у Мэри. Нет ее новых сил. Посмотри, насколько она тиха, Майкл Томас.

Майкл с Белым молча наблюдали, как Мэри поправила папино одеяло. Она присела рядом с угасающим мужчиной и ласково склонила голову ему на грудь. Майклу передались ее чувства — эту возможность каким-то образом дал ему Белый. Ее душа и ум были исполнены покоя и безмятежности. Ни одной мысли об отмщении. Мэри совершенно простила отца, и ее сердце было свободно от гнева и обиды. Что за женщина! Майклу передалось ее сострадание к этому пожилому мужчине, который так точно выполнил условия их контракта и оставил такой глубокий след в ее жизни.

Прошло довольно много времени. Наконец отец открыл глаза и обнаружил присутствие дочери. Когда он проснулся, Мэри встала. Глаза мужчины расширились, и в них отчетливо промелькнули изумление и страх. Пришла! Что она делает здесь? Он не видел ее много лет! Уж не будет ли она сейчас проклинать его — это еще в лучшем случае? Его организм сразу же отреагировал. Приборы, измеряющие телесные функции, оживились — запищали, зашипели и защелкали чаще и тревожнее.

— Смотри, Майкл, — сказал ангел своим дивным благозвучным голосом, — сейчас проявляется второй признак любви. У ЛЮБВИ НЕТ ЦЕЛИ. Она могла бы требовать от отца что угодно, ведь он слаб и преисполнен чувства вины. Он богат. Она могла бы потребовать от отца денежной компенсации за то, что он сделал, или просто вынудить его вслух покаяться в содеянном. Могла бы пригрозить тем, что подаст в суд или публично расскажет обо всем, что было. Однако смотри не нее, Майкл.

Мэри погладила отца по голове и что-то прошептала на ухо. Приборы почти сразу же притихли. Мужчина вздохнул, и в его глазах заблестели слезы.

— Что она ему сказала, Белый? — Майкл ничего не расслышал.

— Она сказала: «Я люблю тебя, отец. Я полностью прощаю тебя», — ответил ангел.

Майкл с изумлением взирал на разворачивающуюся перед ним драму. Он не был уверен, что сумел бы поступить так же на месте Мэри. Он восхищался этой женщиной.

— Она о чем-то попросила?

— Нет, Майкл. Ей достаточно просто БЫТЬ.

И снова Майклу передались чувства Мэри. Все завершено, вся карма между ними исчерпана. У нее на душе было светло, и она каким-то образом передала отцу эту душевную безмятежность и понимание того, что главный вопрос их совместной жизни закрыт. Она освободила отца от груза вины и раскаяния, который мучил его последние 35 лет! Это можно было прочесть на лице старика. Вместо того чтобы требовать воздаяния, она преподнесла ему дар. Крупные слезы текли по морщинистым щекам умирающего. Мэри снова присела на кровать, обняла отца и положила голову ему на грудь. Оба молчали. Просто не было потребности в словах.

— Майкл Томас, третий признак любви таков: ЛЮБОВЬ НЕ КИЧИТСЯ. Теперь, проявив подлинную зрелость и духовное величие, она молчит. Он в большом долгу перед ней за это божественное примирение, но Мэри не говорит ни слова. Эта женщина могла бы любоваться собой, могла бы безмерно гордиться своим великодушием, — но она не говорит ни слова. У Мэри есть все основания бить себя в грудь, рассказывая о девяти годах упорного труда, потребовавшихся для того, чтобы достичь такого уровня, — но она не говорит ни слова.

Майкл благоговел перед этой женщиной. Мэри воистину воин света, и она уже постигла то, чему он только учится. Представить только, — она обладает всеми этими знаниями, живя на Земле! Должно быть, это необычайно безмятежная и богатая жизнь. Совершенно очарованный, Майкл задумчиво смотрел на разворачивающуюся перед его глазами сцену.

Отцу было нечего сказать. Прощен! Каждая клетка его тела откликнулась дивным ощущением радости и облегчения. Любопытно, что Мэри не ставила своей целью духовный рост отца. На самом деле сейчас она просто работала над собой, — но ее действия повлияли и на него. Тут есть о чем подумать. Майкл понимал, что событие, открывшееся его взору, исполнено глубочайшего смысла.

Отец бросил долгий взгляд на свою удивительную дочь и медленно закрыл глаза. На губах играла безмятежная улыбка. Она преподнесла ему дар, ради которого стоило жить, — и преподнесла как раз вовремя. Подсоединенные к пациенту приборы начали тревожно гудеть и мигать. В палату вбежали люди в белых халатах, но они уже ничего не могли сделать. Через несколько минут пришлось констатировать смерть. Накрыв лицо умершего старика одеялом, они оставили его наедине с Мэри. Белый снова заговорил:

— Майкл Томас, вот четвертый признак любви: У ЛЮБВИ ЕСТЬ МУДРОСТЬ, ЧТОБЫ БЕЗУПРЕЧНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ОСТАЛЬНЫЕ ТРИ СВОИ ПРИЗНАКА! Мэри безошибочно выбрала время для своего визита. Она использовала карту своей интуиции, чтобы точно определить момент. Смотри, Майкл Томас, что она будет делать дальше.

Майкл отвернулся от Белого и снова сосредоточил все внимание на происходящем в палате. Мэри не рыдала, оплакивая смерть отца. Она не преисполнилась скорби, хотя всей душой любила этого человека. Майкл смотрел, как, попросив медработников выйти из палаты, она положила ладонь на грудь человека, который дал ей жизнь. Затем она обратила лицо к Майклу и Белому! Казалось, Мэри обращается к ним! Они впервые услышали уверенный голос этой удивительной женщины:

— Пусть Земля помнит этого горячо любимого мною человека, — в ее словах звучала сила и убежденность. — Он в совершенстве выполнил условия нашего контракта. Я принимаю его дар! Восславьте его возвращение домой.

Мэри спокойно опустила глаза, взяла свою сумку и вышла из палаты. Разинув рот от изумления, Майкл проводил ее взглядом. Он в полной мере ощутил эмоциональный заряд этого события и был потрясен. Ему довелось стать свидетелем завершения сложного жизненного контракта — и какого завершения!

— Именно мудрость любви позволила Мэри восславить эту смерть, а не оплакивать ее, — сказал ангел. Посмотрев на Майкла, Белый спросил: — Что ты думаешь об увиденном, Майкл Томас с Чистым Намерением?

Не выказывая ни малейшего нетерпения, ангел ждал, пока Майкл соберется с мыслями.

— Я думаю… -Майкл прочистил горло. — Я думаю… что всего за несколько минут эта маленькая женщина дала мне не меньше знаний, чем все ангелы вместе взятые, — до Майкла дошел смысл сказанного, и ему стало неловко. — Не сочти меня неблагодарным, но…

Белый жестом остановил Майкла.

— Ты дал безупречный ответ, Майкл Томас. Безупречный. В этом мире главную роль играют именно люди. Так и должно быть. Так будет и в следующем твоем испытании.

Очертания окружающей действительности вдруг утратили четкость, все смещалось, и у Майкла снова возникло ощущение стремительного полета. Вскоре они снова оказались в белой комнате, откуда началась эта краткая экскурсия, Майкл был тих и задумчив.

— У тебя есть вопросы, Майкл Томас? — спросил Белый.

Майкл задумался о том, чего он на самом деле хочет. Он знал, что пока еще далеко не так силен, как Мэри. Он знал, что, несмотря на все знания, полученные за последнее время, несмотря на новое понимание законов мироздания, он не обладает той спокойной силой, которая есть у этой женщины. Он владеет инструментами, волшебной картой и уникальными знаниями. Его вибрации необычайно высоки, он много постиг, но не обрел так любви, какой обладала Мэри. Майкл задал заветный вопрос:

— Обрету ли я любовь, исполненную такой колоссальной энергии и силы, Белый?

— Таково ли твое намерение, Майкл Томас?

— Да.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, любишь ли ты Бога?

Майкл поднялся со стула. Ему подумалось, что он понял, почему все ангелы задавали этот вопрос. Они задавали его именно ради этого момента… чтобы он мог встать в полный рост и дать ответ.

— Да, люблю, Белый, — ответил Майкл, не отступая от сложившейся формы.

— Тогда пусть твое намерение создаст эту энергию любви!

Майкл не помнил, что было дальше. Человеческое сознание покинуло его. Были сны… он куда-то перенесся… был совершен ритуал… затем был праздник… ему что-то вручили… дар, который он будет носить в клеточной структуре своего биологического тела. Он снова встретился с родителями! Все так расплывчато. И так чудесно.

Проснувшись, Майкл обнаружил, что лежит в постели, в своей белой спальне. Вечерело. Он был безмерно утомлен, словно долго и самозабвенно занимался гимнастикой. Мысли разбегались, сосредоточиться не удавалось. «Что же произошло?» Майкл решил, что разберется во всем этом позже, а сейчас ему нужно поспать. Он поплотнее закутался в одеяло и тотчас же уснул. Как и накануне, спалось ему очень хорошо.

* * *

А проснувшись в следующий раз, наутро, Майкл понял, что произошел очередной сдвиг, затронувший всю его биологическую структуру. Он свесил ноги с кровати и долго сидел так, в глубокой задумчивости. Спокойный, умиротворенный, Майкл чувствовал себя совершенно новым человеком! Он чувствовал, что стал мудрее, — хотя никак не мог обосновать это чувство. Он знал так много… но именно в этих знаниях был корень новой проблемы.

Майкл никак не мог выбросить из головы образ Мэри в палате отца. Мэри жила на Земле, и при этом достигла таких изумительных высот духа. Эта женщина необычайно повысила собственные вибрации и обрела огромные силы. Но она не покинула планету. Не попросилась «домой». Мэри по-прежнему жила земной жизнью, шла своим путем до конца. А Майкл сбежал!

Разве это честно? Майкл начал понемногу осознавать, в чем проявляется его новообретенная мудрость — в возможности глубочайшего самоанализа и в таком обострении совести, какого он прежде и представить себе не мог. О да, Майкл всегда был честным. Крестьянские устои, влияние родителей, — а они были исключительно честными людьми, — все это, конечно, наложило на него отпечаток. Но таких чувств, как сейчас, он не испытывал никогда. Земная честность не равняется честности духовной. Духовная честность требует мудрости намного более высокого уровня, и пока ты не посмотришь на вещи с высоты этой мудрости, твоя совесть не будет удовлетворена.

Майкл понял, что имели в виду Красный и Белый, когда говорили, что его решимость идти дальше подвергнется суровому испытанию. Обретя новую мудрость, он стал мыслить иначе. Правильно ли он поступает? Может быть, отправившись домой, Майкл отказался от более высокого духовного поиска?

Эти размышления не оставляли Майкла все время, пока он умывался, одевался и завтракал. Нужно будет четко сформулировать несколько вопросов и задать их Белому. Майкл знал, что ангел сведущ в этих вопросах и обязательно ему поможет.

Белый, как обычно, ждал за дверью. Майкл шагнул ему навстречу и тут же замер, пораженный. Там, где еще вчера были только расплывчатые очертания, теперь он совершенно ясно видел пол, стены, коридоры, залы. Кто бы мог подумать, что все здесь расписано столь великолепными орнаментами! До чего же красиво! Но и это еще не все.

Оказывается, сам ангел излучал свет, и, купаясь в его лучах, Майкл испытывал ни с чем не сравнимое ощущение! Его что-то объединяло с этой величественной белой сущностью — что-то, что навевало мысли о партнерстве. Майкл чувствовал, что он — часть Белого. Он любил Белого. Под наплывом всех этих чувств его дыхание участилось.

— Ты обрел новое зрение, Майкл Томас, — сказал ангел, не дожидаясь вопроса. — Это начало вибрационного и биологического сдвига, переход в новое измерение. То же самое некогда произошло с Мэри. А теперь и ты вышел на этот уровень, поскольку выказал намерение… причем намерение такой чистоты, как у тебя, встречается исключительно редко.

— У меня есть несколько важных вопросов, Белый, — Майкл старался произнести тихо и почтительно, однако не узнал свой голос! Может быть, он звучал как-то слишком напыщенно… или просто громко? Нет. Однако голос претерпел какие-то странные изменения, и Майклу стало не по себе. Он воспринял это почти как насилие над личностью. Было неприятно.

— Майкл, успокойся, — сказал ангел сочувственно. — Что ты чувствуешь, когда слышишь мой голос? Он заряжен любовью и безмятежностью, и ты ощутил это с самого начала. Ты даже спрашивал меня об этом, помнишь? Твое намерение двигаться вперед иногда влечет за собой потерю личных вещей и качеств, которые тебе по тем или иным причинам дороги. Это неизбежно в твоем путешествии. Об этом же говорил тебе и Синий, помнишь? Он объяснял, что ты привык к старым вибрациям, а новые поначалу вызывают ощущение дискомфорта. Ты убедился в этом, когда потерял свои драгоценные пожитки, выйдя из оранжевого дома. Расстаться с ними было совершенно необходимо, чтобы двигаться дальше. Вначале ты горько оплакивал свою потерю, но вскоре перестал даже вспоминать о пропавших вещах. Вчера ты высказал намерение осуществить личный сдвиг, равного которому ты еще не совершал. В ответ на эту просьбу в тебе произошли огромные перемены. Просто чем дальше ты продвигаешься, Майкл, тем более личный характер носят изменения. Твое зрение, твой голос, даже твои мысли — все изменилось, и для этого есть веские основания. Ты превращаешься в воина света — такого, как Мэри.

Майкл все понял. Слова Белого были исполнены мудрости, — но эти же слова сделали еще более актуальными его вопросы о духовном поиске. Стараясь не обращать внимания на странное звучание голоса, отныне принадлежащего ему, Майкл сказал:

— Спасибо, Белый. Я понял. Благодарю тебя за дар. Я привыкну к этим изменениям, как привык ко всему остальному. Пожалуйста, Белый… Я хочу поговорить с тобой. Нужен твой совет.

Белый уже знал, о чем пойдет речь. Он сказал:

— Мне есть что сказать тебе, Майкл, и я постараюсь ответить на любые вопросы. Но кое в чем ты можешь полагаться только на собственную мудрость. Выказав намерение, ты получил возможность окончательного выбора и обрел способность к мудрым решениям. Твои решения священны и отражают твою подлинную сущность. Они формируют твое будущее и создают личную реальность. Каждый сделанный тобой выбор влияет на окружающих, а поэтому ты должен выбирать сам.

Майкл этого ожидал. Из общения с другими ангелами он уже знал, что они не станут вести его по пути за руку. Он понимал, что это именно его уроки, и во всех действиях приходится полагаться на собственный разум. И все же он попытается добыть какие-нибудь знания, которые помогут разобраться, что тут происходит на самом деле и что делать дальше.

— Ты хороший учитель, Белый, — новый голос сводил Майкла с ума. Вспомнилось, как мальчишкой он впервые услышал магнитофонную запись своего голоса. «Неужели это я говорю? — удивился он тогда. — Не может быть». Теперь Майкл ощущал нечто подобное.

Быстро, пока Майкл не успел задать очередной вопрос, Белый развернулся и поплыл по коридору. Майкл пошел вслед за большой парящей сущностью. Это было словно экскурсия по совершенно незнакомому дворцу. Все выглядело совсем не так, как прежде. Изумительная, потрясающая красота. Словно он попал в наилучший музей архитектуры и скульптуры. Куда ни бросишь взор, везде шедевры! А ведь прежде он ничего этого не видел. У Майкла возник вопрос, не скрыто ли от него что-то еще, что открылось бы, поднимись он в еще более высокие измерения,

— Цвета, Майкл, — бросил Белый, не оборачиваясь.

— Что? — Майкл не понял, к чему это. Он ускорил шаг и нагнал ангела.

— Ты пока не видишь цветов.

— Но это же белый дом, — заявил Майкл, стараясь поспевать за ангелом. Белый расхохотался. Его дивный смех заполнил коридоры и залы, вызвав улыбку и у Майкла.

— Только для человеческих глаз, Майкл. Подлинный цвет любви находится далеко за пределами воспринимаемых вами вибраций. Этот дом совсем не белый. Ты видишь белый цвет потому, что остальные вибрации тебе недоступны. Для тебя этот дом как бы лишен цвета. В действительности же в этом цвете; сливаются блики всех вибраций Вселенной одновременно. Это чистейший цвет верхней границы спектра. Он присущ свету пространства всех измерений, — и этот свет настолько интенсивен, что обладает плотностью и массой. Он в миллиарды и миллиарды раз ярче вашего земного Солнца. Это цвет истины. Люди не видят многого.

— Я люблю эту страну! — воскликнул Майкл.

— Посмотрим, надолго ли сохранится это чувство, — сказал Белый.

И снова намек на то, что Майкл может изменить свое решение, пробудил в нем любопытство. В любом случае он собирался задать еще ряд вопросов. Они еще некоторое время шли по великолепным залам и коридорам и наконец оказались в комнате с окнами и единственным стулом.

— Еще одно путешествие? — поинтересовался Майкл.

— Не совсем, — отрезал Белый. — В пространстве я тебя перемещать не буду, но внутренние сдвиги гарантирую.

Белый снова обернулся лицом к Майклу и объявил о своей готовности продолжать беседу:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, что ты хотел узнать?

Все вопросы были у Майкла наготове.

— Белый, можешь ли ты сказать мне с высоты своей мудрости, но при этом так, чтобы я мог понять: уместно ли с духовной точки зрения мое путешествие в эту страну? — Майкл хотел услышать именно от этого ангела, правильно ли то, что он делает.

— Да, могу. — Белый некоторое время молчал, как бы собираясь ответить на этот вопрос однозначно, «да» или «нет». Затем, когда Майкл уже совсем собрался настаивать на продолжении, сказал: — Я с самого начала говорил, что такой поступок уместен в твоей жизни. Кроме того, мы ни в коем случае не стали бы содействовать в неблагоприятном для тебя деле.

— А как же Мэри? — выпалил Майкл своим новым неуправляемым голосом. — У нее есть те же дары и инструменты, но при этом она по-прежнему живет на Земле. Разве это не лучше? Разве это не более высокое духовное предназначение?

— Для нее, — ответил мудрый ангел.

-Но ведь здесь я учусь только ради себя самого, Белый! Я направляюсь «домой», где пребывает любовь. То, о чем я попросил тогда… это же эгоистично. Какая от этого польза Земле? Кажется, я вступил на путь, не сулящий ничего хорошего никому, кроме меня!

— Кажется? — перебил Белый.

— Да. Кажется, — Майкл выдохся. Замолчал.

— С каких это пор ты стал беспокоиться о Земле, Майкл? — Белый от всей души забавлялся. Вопрос застал Майкла врасплох. Он ответил не сразу.

— Не знаю, — Майкл задумался. — Наверное, с тех пор, как стал иным.

— А что я говорил тебе при первой встрече про «кажется»? — спросил Белый тоном экзаменатора.

— Что дела не всегда обстоят так, как кажется, — буркнув Майкл. Эта реплика то и дело вновь всплывала на протяжении всего путешествия. Синий и Фиолетовая повторили ее почти дословно. Если считать Белого, получается, что эти слова говорили ему трое.

— Очень хорошо! — воскликнул Белый. — А что еще?

Майкл молчал. Он не помнил. Тогда за него ответил ангел:

— Твое желание вернуться домой вовсе не эгоистично, а вполне естественно, и оно не противоречит стремлению выполнить свое человеческое предназначение. — Белый сделал паузу. — Теперь, поскольку ты уже прошел такой большой путь, я скажу тебе кое-что еще. — Величественный ангел чуть отступил, словно желая подчеркнуть значение своих слов. — На твоей планете возникла новая энергия. Ее вибрации несут потенциал перемен и дивных свершений. Именно из-за этой новой энергии твоя просьба отправиться домой заслуживает особого уважения. Пока подобное путешествие предприняли лишь немногие, поскольку до недавнего времени этот путь был недоступен людям. Ты, Майкл Томас, один из первопроходцев. Вот почему мы так радуемся твоим успехам и твоей мудрости.

Майкл долго молчал.

— Понятно. Я получил одобрение. — Майкл старался рассуждать логично, но при этом оценивал факты в соответствии со своими представлениями. — Но лично для меня разве не лучше бы было вернуться на Землю? Быть как Мэри?

— Лично для тебя? — Белый склонил голову набок и насмешливо вскинул брови. — Мы все-таки решили стать эгоистом?

— Я не то имел в виду. — Майкл понял, что с мастерок любви логика бессильна. — Я хотел спросить, где мне следует быть? Как действовать ради достижения наивысшего блага для всех? Вот в чем вопрос на самом деле.

Услышав эти слова, Белый преисполнился величайшей гордости. Он широко улыбнулся и торжественно произнес:

— Этот вопрос, Майкл Томас, свидетельствует о том, что ты действительно начал кое-что понимать в устройстве мироздания. В тебе пробуждается мудрость, Майкл.

— Спасибо, Белый, но я хотел бы услышать ответ. — Майкл проигнорировал комплимент и нахмурился. Ему было неловко : учинять допрос этой кроткой сущности.

— Наивысшее благо? — Белый заскользил прочь. — Это явление твоей реальности, Майкл. И ты как человек, вибрирующий на новом уровне, создашь его для себя сам. Ни одна сущность во Вселенной не может сделать это за тебя. — Белый направлялся к двери.

Майкл понял, что он решил прервать дискуссию, не ведущую никуда. Есть вопросы, на которые ангелы отвечать не хотят — или не могут. Он решил сменить тактику.

— Белый, а смогу ли я отличить, что является наивысшим благом для всех, а что нет?

— Это мы проверим в ходе следующего испытания. — Белый открыл дверь. Майклу стало любопытно, куда это он собрался. Ангел продолжал: — Ты пока еще получил не всю информацию, Майкл. Это Дом Любви. И тебе нужно увидеть здесь кое-что еще. — Ангел вышел в коридор, но, прежде чем закрыть дверь, добавил: — И вот еще что, Майкл: это будет для тебя довольно трудно.

Ангел закрыл за собой дверь. Майкл слышал, как тихо стукнула защелка. Он понимал, что близится нечто важное. Однако, что же это может быть? Что можно показать такого, что внесло бы еще большее смятение в его душу и заставило бы снова усомниться в уместности этого путешествия. Майкл отвернулся от двери и сел лицом туда, где во время разговора стоял ангел. Он набрался терпения. Было понятно, что Белого рядом с ним не будет. Что бы ни произошло здесь, Майкл должен пройти через это сам, и, очевидно, этого же хочет Белый.

Казалось, комната медленно преображается. Начало изменяться освещение. Белые стены скрылись в полумраке, а метрах в пяти от Майкла возникло светящееся туманное облачко. Постепенно облачко стало обретать форму человеческой фигуры. Майкл внимательно наблюдал. Ему предстоит встреча. Белый как-то раз вскользь упоминал об этом. Фигура проявлялась все отчетливее. Пространство вокруг силуэта начало постепенно наливаться светом — словно в театре, — высвечивая постепенно обретающего телесность человека. Майкл уже привык ко всем этим волшебным штучкам, поэтому не изумился. Он просто сидел на краешке стула и смотрел, что будет дальше.

Это была женщина! Фигура медленно обретала форму под взглядом Майкла. Он начал догадываться, кого увидит. Интуиция работала в полную силу. Все клетки тела восторженно вибрировали, подсказывая, что его ждет необычная встреча. Новый дар предчувствия твердил Майклу, что грядет уникальный и сильный опыт. Наконец образ полностью сформировался. Гостья стояла прямо перед ним!

При виде этой женщины у него перехватило дыхание! Дело не просто в эффектной наружности. Он сразу ощутил, что они одна семья, что между ними есть прочная связь, — и все его существо откликнулось восторгом. Как она прекрасна! Но что это за чувство? Почему в душе зазвучал сигнал тревоги?

Ее гладкие рыжие волосы обрамляли лицо необычайной красоты. Глаза были исполнены глубочайшего сострадания. Она улыбнулась Майклу, и его сердце едва не выскочило из груди. Зеленые глаза искрились, словно изумруды, инкрустированные в кожу цвета слоновой кости. Майкл готов был поклясться, что ощущает запах фиалок. В его голове лихорадочно понеслись самые разнообразные мысли. Может быть, это богиня любви — или коварная сирена из древних мифов? Майкл почувствовал, что начинает задыхаться, — и вдруг осознал, что просто затаил дыхание! Что же это такое? Он сам себе изумился. Откуда этот экстаз? Что с его сердцем? Мозги превратились в пюре, и он мог только вздыхать, восторженно глядя на дивное создание.

Майкл встречал на пути многих ангелов, но никто из них не: сравнится с этим. Возможно, именно эту женщину имел в виду Белый, когда говорил, что Майклу предстоит встретить ангела, который превосходит величием всех остальных. Майкл утратил дар речи. Он ощущал поразительную сердечную связь с этой женщиной. Казалось, что он вновь встретил давно утраченную любимую. Дымка совсем рассеялась, и женщина во всей своей красе стояла в измерении Майкла.

Майкл пребывал в ступоре. Никогда прежде он не испытывал такого трепета. Хотел что-то сказать, но не удавалось сосредоточиться. Хотел о чем-нибудь спросить, но не мог придумать о чем. Он знал ее… или нет? Почему присутствие этой женщины так на него действует? Откуда ощущение, будто он ее знает? И тут он понял, в чем дело! Он видел ее в красном доме, когда знакомился с членами семьи. Она — одна из тех, кто не рассказал ему свою историю. Это именно та рыжеволосая женщина, чья энергия фазу же привлекла внимание Майкла. Почему же они не поговорили в красном доме? Что там рассказывал ему Красный о лицах, которые не рассказали свою историю? Невыполненные контракты? Что это значит?

Они пристально смотрели друг на друга в полном молчании. Постепенно в голове Майкла сформировалась связная мысль: «Если я видел ее на экране в Доме Взаимоотношений, значит, она не ангел! Она принадлежит к моей кармической семье!» В сердце Майкла зародилось неприятное предчувствие относительно этой встречи, хотя душа безмятежно пела незнакомую дивную песню. Это была песня радости, полета и любви. Что за дивное ощущение, что за странная двойственность! Часть ума твердила, что сейчас начнутся неприятности, а другая часть торжествовала. Радостная часть была подобна ребенку, который впервые попал в Диснейленд. Ребенок долго ждал этого события, считая дни, и вот наконец свершилось! Однако сердце было преисполнено тревоги. Оно словно попало в сеть!

Майкл чувствовал себя полным дураком. Он опять заметил, что перестал дышать. Эта женщина воздействует на него физиологически. Тело начинает реагировать от одного только взгляда на этот дивный образ. «Боже, почему так потеют ладони?» Да, это не ангел, но эта женщина действует на каждую клетку его тела. Он не был уверен, хватит ли у него сил заговорить. На глаза навернулись слезы, грудь переполнилась чувствами, словно он увидел старого друга, которого давно считал погибшим. Да, вряд ли он когда-то забудет это переживание. К счастью, она заговорила первая:

— Майкл, это я.

Он откуда-то знал этот ласковый голос! Майкл порадовался, что сидит на стуле, ибо в ногах появилась слабость и возникло ощущение, что колени непременно подогнулись бы. Все его тело отреагировало на слова женщины, — Майкл был абсолютно уверен, что знает этот голос! Но кто она? Это лицо, эти ясные глаза молили о том, чтобы он узнал ее. Он и узнал, но не так, как ей хотелось бы. Нужно было что-то сказать. Адреналин бушевал в крови, словно у школьника, который долго заглядывался на красивую девушку и вот наконец она с ним заговорила. Прекрасное тело, безупречно сидящие одежды. Майкл представил себе, что обнимает ее. О боже! Майкл с некоторым смущением и даже отвращением осознал, что в нем пробуждается физическая страсть! Что говорил об этом Зеленый? Что близкие физические взаимоотношения между любящими друг друга людьми могут стать катализатором просветления? В силу некоторых человеческих привычек Майклу казалось, что подобным помыслам здесь не место… однако организм реагировал, и почему-то возникало ощущение, что в духовном отношении это совершенно уместно и безупречно. Вдруг он услышал в своей голове хохот Зеленого. Проигнорировав выходку ангела, Майкл собрался с духом и сказал дрожащим голосом:

— Красивое платье.

О боже, что он ляпнул? Какая нелепость, бессмыслица, глупость, банальность, убожество! Эта дивная женщина пришла к нему в Дом Любви, он исполнен благоговейного трепета, — неужели нельзя было сказать что-нибудь более умное? Майкл был готов сквозь землю провалиться от стыда за собственную тупость. Она улыбнулась. Он растаял.

— Спасибо, Майкл. — Она подмигнула. — Я Элони, мы с тобой заключили контракт о любви.

Майкл откуда-то знал об этом. Сердце бешено колотилось при звуке ее голоса. Он вытер свои вспотевшие руки о брюки, и с ужасом осознал, что она это видела. Элони подошла ближе. Омывающий ее фигуру свет двигался вместе с ней. Майкл непроизвольно отшатнулся и почувствовал, что вжимается в стул, словно пытаясь с ним слиться. Стул пронзительно скрипнул. Майкл хотел было встать, но понял, что наверняка упадет, — нет, нельзя, чтобы она это видела. Он и так уже чувствует себя достаточно глупо. Застенчивость Майкла забавляла Элони, но она ничего не сказала. Эта женщина просто ошеломила его. Глядя, как она шаг за шагом приближается к нему, Майкл понял, что узнает эту походку. Действительно, какая-то часть его души была близко знакома с Элони. С ее приближением ощущение, что они хорошо знакомы, возрастало.

— Если бы ты остался на Земле, Майкл, наши дороги пересеклись бы, ибо энергетический потенциал для нашего знакомства уже заложен. Помнишь, как мы планировали свою встречу? — спросила она.

Майкл ничего такого не помнил и не хотел об этом слышать. Душевная боль отразилась на его лице, и Элони это заметила.

— Все в порядке, — сказала она. — Я пришла, чтобы сказать, что глубоко чту твое решение. Вся семья гордится тобой, и наши сердца преисполнены радости. Особенно мое.

Майкл не мог закрыть глаза на очевидное. Он не думает, что «все в порядке». Ему нет дела до радости и гордости семьи. Он хочет только ее! Он всю жизнь искал настоящую любовь. Всю жизнь стремился только к ней. Майкл никогда не сомневался, что совершенная любовь возможна. Он верил, что когда-то найдет свою суженую, и их союз будет освящен Богом. Он молился об этом еще мальчишкой, видя, как любят друг друга и как заботятся друг о друге родители. Ждал он этого и будучи взрослым человеком — вот почему разрыв с последней девушкой поверг его в такую глубокую депрессию. Именно любовь Майкл считал основой для собственной самореализации там, на Земле. В этом суть его контракта! И вот она предстала перед Майклом, и он с ней познакомился, — чтобы отныне знать, что она всегда ждала его. Эта мысль обрушилась на него, словно кузнечный молот. ОН СЛИШКОМ ПОТОРОПИЛСЯ С УХОДОМ.

Затем Майкла пронзила еще одна мысль, и он не смог не спросить:

— Элони, а дети у нас по контракту должны быть?

— Трое, — ответила она.

Этот ответ сразил Майкла наповал. Он онемел. Она назвала духовные имена не рожденных детей, и каждое слово отзывалось в его душе мучительной болью. И хотя Майкл понимал, что Элони пришла сюда с любовью, чтобы почтить его, — легче от этого не становилось. С каждым ее словом он все более остро осознавал, что потерял, с каждым словом от сердца отрывался кусок. Не рожденные дети! Упущенные переживания! Что он наделал! Майкла переполняли эмоции, он чувствовал, что вот-вот утратит контроль над собой. Хотелось обнять эту женщину и рассказать ей, как он сожалеет, что не остался на Земле. Очень хотелось сделать так, но он понимал, что она пришла сюда вовсе не за этим. По его щекам потекли слезы, плечи содрогались от рыданий. Элони к этому моменту уже сообщила все, что хотела, и молча стояла перед Майклом Томасом.

Энергетический потенциал между ними был столь интенсивным, что, казалось, эту энергию можно резать ножом. Перед Майклом стояла замечательная женщина неописуемой красоты, а он только всхлипывал, сидя на стуле. До чего же жалкое зрелище. Всеми фибрами души он ощущал собственное поражение.

Казалось, вот-вот полетят искры, ибо воздух был наэлектризован энергией духовного предназначения — пусть даже не исполненного, — и любви — пусть даже утраченной навсегда. Остро ощущался запах иронии. Вот она — роза его жизни, но он никогда не будет любоваться ее красотой. Никто не оценит ее аромат, и драгоценная роза увянет — так и не познав восхищенного взора, плененного ее красотой и природным изяществом.

Их контракт таил в себе огромные возможности, и от осознания этого его сердце сжималось, душа рвалась на части. Подавленный, он молча сидел на белом стуле в Доме Любви. Когда образ Элони начал меркнуть, Майкл Томас помимо воли закричал:

— НЕТ! Пожалуйста, не уходи! Пожалуйста! — Майкл чувствовал, что больше никогда ее не увидит. Хотелось побыть с ней: еще несколько минут.

— Майкл, дела не всегда обстоят так, как кажется, — вот такие прощальные слова… опять эта ангельская нелепица.

Великолепная и неотразимая женщина, потенциальная любовь Майкла Томаса растаяла перед его глазами, бросив на прощание лишь тривиальную фразу, которую он уже устал слушать. Вместе с ней растаяли и последние надежды на человеческую жизнь. Он наблюдал, как мечты о счастье с треском разбиваются о скалы так называемого духовного предназначения.

Объятый горем, Майкл словно окаменел. Он не мог пошевелиться. Несколько часов кряду Майкл Томас сидел, как статуя, глядя прямо перед собой в слабой надежде, что эта дивная сущность снова появится в том самом месте, откуда исчезла, — в месте, которое стало священным уже в силу того, что она там была. Он молил Бога, чтобы тот позволил ему провести с утраченной любимой еще хотя бы несколько минут.

День подходил к концу. Комната озарилась отблесками заката, затем померкла. Наконец все погрузилось во тьму, такую же непроглядную, как безлунная ночь за дверями дома или безотрадная тюрьма его сердца. Он сидел в тишине и во мраке, — самое подходящее место для того, кто потерпел полное и безоговорочное поражение. В душе совсем не осталось радости. Если раньше духовное путешествие дарило Майклу безмятежность и умиротворение, то теперь осталось только темное, болезненное, зудящее, тошнотворное, мучительное ощущение утраты. Совершенно истощенный этой душевной болью и осознанием невосполнимой потери, Майкл наконец задремал. Во сне он снова и снова видел мучительные сцены этой потрясающей и трагической встречи.

Сердце Майкла было разбито.

* * *

Рассвет нового дня залил комнату светом. Майкл обнаружил себя на стуле, где он провел всю ночь. Казалось, что он пробежал марафонскую дистанцию: все суставы ныли — но не от движения, а оттого, что он много часов просидел в одной позе. Он чувствовал, что нужно поесть, но голода не ощущал. Майкл заставил себя подняться со стула и пойти в свои покои.

Как обычно, на столе его ждала пища, и он поел — машинально, не замечая красоты вокруг себя и не ощущая вкуса блюд. Позавтракав, он направился в спальню, где стояла свежезастеленная кровать, на которой никто не спал. Он открыл шкаф. Там лежали дары, с любовью преподнесенные ему ангелами, в чьих домах он гостил и учился.

Майкл Томас ощутил в себе грустную мудрость. Ему вспомнился собственный вопрос к Белому: «Смогу ли я отличить, что является наивысшим благом для всех?» Теперь он понял, в чем смысл этого испытания. Все его существо взывало о том, чтобы немедленно вернуться на Землю. Для этого нужно только закрыть шкаф, выйти из дома и повернуть налево, а не направо. Он это знал. Тем самым он выкажет намерение прекратить путешествие и вернуться. Белый сказал, что такой поступок не сулит ни осуждения, ни вины, ни, естественно, просветления.

Майкл твердо знал, как будет правильно. Даже Элони сказала, что они все гордятся им. Майкл подумал, что ей, наверное, тоже очень тяжело на душе. И все же она поощряла его идти дальше. Он знал, в чем наивысшее благо для всех. Повернув налево, он будет служить только себе, удовлетворяя собственную жажду любви. Белый предупреждал, что способность Майкла отличать истинное от ложного обострится, и это так. Он не сомневался, какая дорога верная, но его непреодолимо влекла другая. Сердце настойчиво взывало, чтобы он уступил и пошел назад. От этого никому не будет вреда, а Майкл сможет продолжить свою жизнь и отыскать Элони. Им будет хорошо на Земле.

Он взял карту, прижал ее к груди и, закрыв глаза, вспомнил свое пребывание в синем доме. Он медленно облачился в доспехи и насладился ощущением силы, которое они ему дают. Майкл вознес хвалу Богу и поблагодарил Его за этот драгоценный символ. Он взял в обе руки щит и прижал его к груди, всей душой ощущая, что он для него значит. Затем Майкл повесил щит на доспехи, где он не мешает в походе, но в случае необходимости всегда оказывается под рукой. Словно воин, готовящийся к сражению, он выхватил меч и сделал несколько размашистых выпадов для разминки. Острие со свистом рассекало воздух. Он вспомнил церемонию в оранжевом доме. Вспомнил, что символизирует этот меч. Затем он воздал хвалу мечу и бережно заправил его в ножны. Майкл расправил плечи и решительно вышел из комнаты.

Белый ждал у дверей. Увидев меч, щит и доспехи, ангел сразу понял намерения Майкла. Улыбнувшись, Белый поклонился воину, молитвенно сложив руки перед собой, — но Майкл так и не понял, сколько почтения было в этом жесте. Ангел спросил:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, как ты себя чувствуешь?

— Это очень трудно, Белый. Ты был прав. Я и не думал, что может быть настолько тяжело. До сих пор неприятно вспоминать… но я знаю, что уместно и правильно. Пожалуйста, проведи меня, я хочу уйти отсюда. Этот дом не навевает приятных воспоминаний.

— Так и должно быть, — Белый отвернулся и повел Майкла к выходу. На ходу он сказал, не оборачиваясь: — Путь еще не закончился, мой друг. — Ангел уже парил по широкому коридору, ведущему к двери.

— Я знаю, — подробностей Майкл, конечно, не знал, но интуиция подсказывала, что ему предстоит еще много сделать и пережить по дороге, хотя остался всего один дом. И опять интуиция его не обманывала.

Пока Майкл надевал туфли, Белый стоял у самого порога. Майклу не очень нравились воспоминания, связанные с белым домом. Он был рад, что уходит отсюда, так что Белый правильно предсказал его ощущения. Ангел знал, что чувствует Майкл, и не осуждал его за это. Нет, он испытывал благоговейный трепет перед этим человеком. Остальные ангелы не ошиблись: Майкл отличался от прочих людей. Возможно, он сможет… если, конечно, сумеет пройти последний участок пути. Его интуиция достаточно сильна, а решимость еще сильнее.

Майкл обулся и на несколько шагов отошел от крыльца. Остановился и стал лицом к двери. Белый обратился к нему, стоя у самого порога, поскольку выйти наружу не мог:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, нет большей любви, чем эта: когда мужчина приносит в жертву свое сердце ради блага мира. — Белый улыбнулся Майклу и медленно закрыл дверь. Последние слова он произнес едва слышно, когда дверь уже почти захлопнулась: — Не все так, как кажется. Увидишь. Увидишь. Тебя горячо любят…

Майкл медленно и устало побрел по тропинке, ведущей к дороге. Этот дом не стал его любимым, к тому же Майкла уже начала утомлять фраза, которую тут так часто повторяют. Ему казалось, что этот белый дом высосал у него уйму сил, но на самом деле Майкл получил здесь намного больше, чем в других домах. Он долго стоял у белых ворот, поглядывая то налево, то направо. Наконец он открыл ворота, вышел прямо на середину дороги и застыл. Затем он повернулся налево и закрыл глаза, изо всех сил удерживая себя от того, чтобы сделать шаг. Он совершил импровизированный ритуал. Вначале Майкл безмолвно призвал ангелов выслушать его, затем произнес вслух такие слова:

— Здесь нет жертвы, ибо мы увидимся с тобой, Элони, и я познакомлюсь с моими не рожденными детьми — в свое время, после того как открою дверь, ведущую домой.

Майкл всем сердцем принял учение ангелов о временной земной жизни и абсолютной реальности Духа. В его словах было обещание иной любви, совсем в ином месте, — но все равно это будет воссоединение. Он всем сердцем знал, что в будущем непременно совершится эта священная встреча и он снова увидит любовь всей жизни — свою великолепную половинку. И тогда он будет любить ее, а она — его.

Майкл вздохнул и повернулся кругом. Широким энергичным шагом он пошел к последнему дому. Оружие слегка позвякивало и ярко блестело в лучах солнца. Майкл понимал, что оставляет позади один из величайших шансов обрести счастье в жизни. Он просто повернулся спиной ко всему этому. И хотя душа болела от такого решения, Майкла утешало предощущение великой Божьей любви и непоколебимое знание, что они с Элони обязательно встретятся. Майкл Томас очень много узнал о любви. Этот дом дал Майклу почти все его знания о себе — и о Боге, — и этот же дом выжал его до капли, оставив внутри только истину, взывающую о том, чтобы Майкл признал ее, и мудрость, взывающую о то, чтобы он ее применил.

На этот раз Майкл шел не оглядываясь. В его решительном шаге не было и следа неуверенности в себе. Он был немного утомлен, однако сил осталось предостаточно. Это его страна. Он принял ее. Заплатил за нее. Он ее заслужил. И скоро у него будет шанс выяснить, действительно ли это так, ибо примерно в часе ходьбы от белого дома его ожидало очередное великое испытание. В битву за душу Майкла вступит ОНО.

 

Глава одиннадцатая

СЕДЬМОЙ ДОМ

Погода не то чтобы совсем испортилась, но оставляла желать лучшего. Майкл уже привык, что тут либо стоит нежаркий солнечный лень, либо свирепствуют бури, налетающие почти мгновенно и всерьез норовящие разорвать тебя на части. Сегодня же на небе были облака, которые постепенно превратились в сплошной серый колпак без швов. Стало чуть прохладно. То и дело налетал легкий, но очень уж зловещий ветерок. Он дул не ровно, но мелкими пульсирующими порывами, словно пытался передать некое послание или предостережение. Тучи не сгущались, но и расходиться, кажется, тоже не собирались. Майкл провел в пути уже почти час. Погода его не тревожила, хотя он и заметил все эти перемены.

К следующему дому он шел почти «на автопилоте». Он сохранял бдительность и был готов к любым неожиданностям, однако мысли были полностью поглощены сделанным выбором. Когда Майкл только отошел от белого дома, у него было отчетливое ощущение, будто он переступил некую духовную черту — миновал воображаемый пограничный столб. Майкл еще не перестал любоваться мысленными картинками, изображающими его жизнь на Земле с Элони и тремя детьми, — все улыбаются. Когда мысли возвращались к этим образам, сердце Майкла переполнялось радостью, на душе становилось легко. Когда же Майкл снова видел перед собой только извилистую дорогу, ведущую к новым неведомым испытаниям, становилось одиноко и сердце сжималось от ощущения невосполнимой утраты. Никто не умер, и все же в сердце осело немного печали. Так он и шел в глубокой задумчивости, не замечая, что окружающий ландшафт изменяется, медленно, но радикально.

Когда дорога сделала особенно резкий поворот, Майкл вдруг заметил, что идет по каньону и с обеих сторон возвышаются крутые стены. Вместо сочной травы, укрывавшей пологие склоны, здесь под ногами была пустынная каменистая почва, на которой лишь изредка были разбросаны валуны и скальные выступы. Чуть вдалеке виднелось одинокое дерево, лишь подчеркивая безжизненность пейзажа. Майкл осознал, что, погруженный в свои мысли, он совершенно не обратил внимания на смену ландшафта. Каньон постепенно сужался, превращаясь в ущелье с высокими отвесными стенами. Из-за этого и еще из-за пасмурной погоды было сумрачно, — больше похоже на закатную пору, чем на утро в разгаре. Интуиция подсказывала: что-то не в порядке. В сумраке окружающие предметы вдали виднелись смутно. Это скалы или?..

«Будь бдителен! Берегись!»

Вдруг Майкл осознал, что последний час пребывал словно в каком-то мысленном тумане. Он остановился и сделал несколько глубоких вздохов, очищая сознание. На душе было неспокойно. Что это означает? Доверяя своей интуиции, Майкл настороженно осмотрелся. Он обозрел дорогу позади себя, высматривая темную сущность, которая прежде неотступно преследовала его в пути, но ничего не обнаружил. Ни единого движения. Серое однообразие последнего часа вкупе с усталостью и апатией притупляли внимание. Если не считать унылой погоды и непривычного ландшафта, Майкл не замечал ничего необычного или угрожающего, однако инстинкт велел приготовиться к неожиданностям. Майкл тихо поблагодарил свое шестое чувство — плод повышения вибраций — за отличную работу и достал карту. Возможно, она ему что-нибудь подскажет.

Майкл изучил карту. Что-то не так. Вот оно, узкое ущелье, где находится Майкл, вот местность в непосредственной близости от него, — но что-то не так. Он всмотрелся пристальнее. Вот! Метрах в ста впереди, за изгибом дороги, было белое пятно. Это необычно. Обычно эта странная, но полезная карта очень подробно отображает местность вокруг точки ТЫ ЗДЕСЬ. Она не позволяет заглянуть далеко в будущее или в прошлое, но все, что находится в непосредственной близости, всегда изображено точно и подробно. А сейчас часть изображения словно вытерли ластиком. Что может обозначать это белое пятно?

— Синий, что обозначает белое пятно? — спросил Майкл вслух.

Синий промолчал, зато ответила интуиция. Ответ пришел почти сразу. Майкл вспомнил, что преследующая его тварь всегда держалась вне зоны действия карты. Возможно, она не подходила ближе именно потому, что не хотела выдать себя! Синий говорил, что карта сориентирована на «сейчас». Она отображает «текущую» энергию этого священного путешествия и настроена на определенные вибрации. А за поворотом дороги притаилось нечто, не принадлежащее «сейчас». За поворотом скрывается сущность, невидимая для карты, которая настроена на высокочастотные вибрации. Карта не дает никакой информации, поскольку в этой точке находится нечто, не вибрирующее на том же уровне, что священная земля вокруг.

Майкл чувствовал, что его рассуждения верны. Тварь устроила ему засаду. Нужно быть бдительнее! Что бы он делал, если бы новое интуитивное чувство не заставило его насторожиться? Он мягко пожурил бестолкового романтика внутри себя и пробудил внутреннего воина. На это не потребовалось много времени. Майкл ощутил силу и спокойствие-, отражающие его намерение. Он пробудил каждую клетку своего тела, предупредив их, что близится какое-то событие — важное событие.

— Проснитесь все! — Майкл улыбнулся, обратив внимание, что уже непроизвольно обращается к своей биологической системе во множественном числе. Ему показалось, что он снова услышал смех Зеленого. Он скучал по Зеленому. Юмор очень помог бы ему сейчас лучше подготовиться… Подготовиться? К чему? К битве?

Вдруг ему было откровение. Видения и мысли нахлынули волной, обрушив на Майкла колоссальную тяжесть осознания. Он на несколько секунд застыл на месте, а затем вслух высказал свои страхи, обращаясь к тем, кто слушает:

— О БОЖЕ! А ЧТО, ЕСЛИ МНЕ И ВПРАВДУ ПРИДЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЭТО ОРУЖИЕ В БОЮ?

Майкл был потрясен. Тело сковал страх. Нет. Не может быть!

— Это же только символы воина света в Новой Эре! СИМ-ВО-ЛЫ! — закричал он, обратив лицо к небу и крутясь на месте, словно ожидал увидеть своих друзей-ангелов, притаившихся на выступах отвесных стен этого сумрачного ущелья. Эхо вернуло ему крик.

— Оранжевый, ты ведь не научил меня драться! Поэтому я думал, что использовать все это железо в настоящем деле не придется, и… — Майкл оборвал себя на полуслове. Он осознал, что кричит. Еще некоторое время Майкл слышал свой голос, отраженный от стен ущелья. В голове промчалась новая вереница мыслей. К Майклу начали возвращаться слова тех, кого он встретил на этом пути. Вспомнились слова Красного о том, что некоторые испытания могут его напугать. Тогда Майкл подумал, что Красный говорит о пережитой буре. Теперь стало ясно, что ангел имел в виду предстоящие события, а не прошедшие. Что же ему предстоит? Майкл вспомнил реплику Белого, когда тот в больничной палате рассказывал о Мэри:

— Пусть внешний вид тебя не обманывает, Майкл. Эта женщина — воин света. Она достаточно сильна, ведь ей удалось сразить чудовище!

Сразила чудовище?. Затем вспомнились слова Белого, когда Майкл уходил его дома:

Путь еще не закончился, мой друг.

Все эти намеки и предостережения. «Неужели грядет битва? Настоящая битва? В которой мне придется на самом деле ПРИМЕНИТЬ меч?» Майкл сел на дорогу. Колени подгибались от страха. Он не воин… не настоящий воин!

— Ангелы, вы меня к этому не подготовили! — сказал он серому небу и зловещим стенам ущелья. — Я не боец! К чему это все? Настоящие битвы и настоящее оружие — это пережитки старых вибраций. Здесь они не уместны! — Было неправдоподобно тихо. Ветер унялся. Гробовая тишина. Затем зазвучали голоса.

За исключением случаев, когда необходимо сразиться со старой энергией, — отчетливо прозвучал голос Оранжевого. Майкл резво вскочил на ноги и развернулся на триста шестьдесят градусов, словно отыскивая взглядом говорящего.

И случаев, когда приходится сражаться с биологией, которая вибрирует на более низком уровне, чем твой, -Майкл узнал Зеленого! Голос ангела звучал внутри.

И случаев, когда ты идешь на встречу со своей семьей, — Красный!

И случаев, когда противник начисто лишен любви, — дивный умиротворяющий голос Белого!

— Я НЕ ЗНАЛ! — запальчиво крикнул Майкл Томас. — Я не настоящий воин, Белый!

Мэри тоже не была настоящим воином, Майкл, -спокойно и веско сказал Белый.

Со старой энергией приходится работать старыми средствами, Майкл. Только их она и понимает, — прекрасный женский голос Фиолетовой!

— Оранжевый, научи меня сражаться! — потребовал Майкл у стен ущелья.

Я научил, — ободрительно сказал Оранжевый. — Ты готов, Майкл Томас с Чистым Намерением.     Го-тов!

— И что же мне делать? — выкрикнул Майкл.

Тишина. Затем голос Синего:

Помни, Майкл Томас: возможно, дела обстоят не так, как кажется!

Сейчас эти слова прозвучали, как никогда прежде. В них было предостережение и совет — совет, который может пригодиться именно теперь! Майкла сопровождал целый эскорт ангелов. «Если тут собрались такие силы, — подумал он, — должно быть, впереди меня ждет что-то по-настоящему страшное».

Майкл нервничал. Он знал, что на самом деле не владеет боевыми навыками, а ангелы говорили, что владеет. Придется им поверить, — в конце концов, какой у него еще выбор? Ведь он уже здесь, на передовой. Майкл снова оглянулся и иронично покивал головой. «Да, бежать некуда», — подумал он. Тот, кто его поджидает, выбрал удачное место для нападения. Стены слишком крутые, — не взберешься, — и бежать можно только по узкому туннелю, — очень удобно для преследователя. Все продумано. Но по крайней мере Майкл знает, где ОНО притаилось, и не позволит застать себя врасплох.

Чем больше он об этом думал, тем более уверенно себя чувствовал перед лицом грядущего испытания. Кроме всего прочего, Майклу теперь помогают новые вибрации, и он об этом знает. Им начало овладевать ощущение безмятежности, — оно пришло не от ума, но от духа. Майкл почувствовал, что вполне может рассчитывать на свои силы, — хотя он еще и не знает точно, с чем придется столкнуться и как нужно реагировать. «Это все уместно, — думал он. — Просто именно таковы законы этой страны. — Майкл хорошо обдумал эту мысль. — Мне будущее неведомо, но каким-то образом все это уже произошло в Божьих помыслах. Поэтому разрешение данной ситуации уже существует. Просто мне оно пока неизвестно. Когда наступит время, я обо всем узнаю, как это бывало прежде. У меня есть знания и сила. К тому же это моя страна, и в этом еще одно мое преимущество!»

— Ладно, — сказал он вслух, — меня трепала буря; мне оттоптал ногу ангел; я потерял все свои драгоценные пожитки; из меня капля за каплей выжали все эмоции; мою биологическую структуру отключили, а затем включили новую; мое сердце достали из груди, вывернули наизнанку, изучили и поставили обратно. Что еще нужно? У меня есть инструменты. Я готов!

Майкл немного подумал и добавил:

— Жаль только, я не умею сражаться! — Он вздохнул и посмотрел туда, где его ждало очередное испытание.

Майкл решил сделать то, что еще несколько недель назад показалось бы ему глупым и нелепым. Он встал на колени и совершил небольшой ритуал, посвященный предстоящему событию, — прикоснулся к каждому предмету своего боевого обмундирования и вслух назвал его символическое значение. Затем Майкл вспомнил уроки Оранжевого по искусству равновесия и немного потренировался. Минут двадцать он провел в благодарственной медитации. Майкл поблагодарил судьбу за то, что избран для этой битвы, — независимо от того, что ждет его за поворотом. Он вознес хвалу этой стране, восславил сам факт собственного существования и признал свою принадлежность к семье Духа. Затем Майкл Томас поднялся на ноги, готовый к битве, — насколько он мог быть к ней готовым.

Майкл опять зашагал вперед. Он достиг поворота, свернул, и перед ним открылся долгий прямой участок дороги. Отвесные стены ущелья превращали дорогу в темный зловещий туннель, неумолимо ведущий человека навстречу судьбе. Майкл знал, что ОНО ждет его впереди, — это было совершенно отчетливо видно на карте. Вообще-то в подобной ситуации тело Майкла должно было реагировать шоком, — когда страх включает все свои сирены и человек превращается в ком трясущейся плоти. Ведь на самом деле он всего лишь торговец, а не воин, готовый к встрече с любой нечистью! Однако Майкл полностью настроился на сражение: все чувства обострились, и он преисполнился решимости, а не страха. «Включились» все его новые дары и энергии высоких вибраций. Интуиция работала в полную силу, и с каждым шагом Майкл «прислушивался» к ней, уверенный, что она не подведет.

Ничего.

И вдруг движение слева!

Майкл резко повернулся и увидел большое дерево, метрах в тридцати от дороги. Что-то шевелилось? Вот проклятие, такая темнота посреди дня! Или это тоже входит в условия испытания? Почему Дух не дал больше света?

Снова движение! Майкл заметил: шевелится что-то, скрытое среди нижних ветвей.

— КТО ТАМ? А НУ ВЫХОДИ! — голос Майкла звучал сильно и властно. — ЕСЛИ НЕ ВЫЙДЕШЬ, ТО ПОДОЙДУ Я! — Майкл стоял и ждал. Каждая клетка его тела была начеку.

Из укрытия вышел самый обыкновенный человек и остановился возле дерева. Типичная фермерская одежда. Босой. Он вытянул руки вперед, обратив их открытыми ладонями к Майклу.

— Майкл, пожалуйста, не обижай меня! Я иду к тебе, — мужчина медленно направился к Майклу. Когда он подошел немного ближе, Майкл узнал эту походку. Нет! Не может быть! Наконец стало отчетливо видно и его лицо, до этого неразличимое в сумраке ущелья.

— ПАПА? — Отец неспешно шел к Майклу и остановился в каких-нибудь двух метрах от него. Майкл готов был поклясться, что ощущает знакомый деревенский запах, исходящий от этого человека.

— Да, сынок, это я. Пожалуйста, не обижай меня.

Майкл был не так глуп. Он понимал, что это может быть обман. В конце концов, «дела не всегда обстоят так, как кажется». Этот мужчина с внешностью отца может оказаться кем-то совсем другим — собственно, есть достаточно оснований думать именно так. Поэтому Майкл не терял бдительности и был готов к любым фокусам.

— Сэр, вы стоите именно там, где я ожидал встретить своего врага. Поэтому пока не подходите ближе.

— Я знаю, Майкл. Враг действительно совсем близко. Тебя одурачили! Злобная тварь поджидает тебя впереди, чтобы отнять душу. Ты совсем запутался. Поверь мне, сынок. Поверь!

Однако Майкл не поверил.

— Как ты тут оказался?

— Милостью Божьей я пришел остановить тебя, пока не поздно. Мне позволили ненадолго спуститься с небес, чтобы предостеречь сына! Я ждал тебя много дней, зная, что однажды ты придешь сюда; Если ты пойдешь дальше, то будешь сражен зверем! Многие пытались пройти здесь, но все они погибли. Это злая страна. Тебя обманули!

Майкл не верил, что перед ним отец. Слишком уж удобный образ, чтобы притупить его бдительность.

— Прости меня, пожалуйста, папа, но мне нужны доказательства. Как меня дразнили в детстве?

-Майки-Хлюпик,-сразу же ответил мужчина. Майкл поморщился: ему до сих пор было неприятно вспоминать это прозвище. — Что произошло в амбаре мистера Коннела в 1964 году?

— Роскошный пир в честь рождения двойняшек. Их назвали Сара и Хелен.

Майкл пристально изучал стоявшего перед ним человека. Голос и тело в точности, как у отца. Майкл задавал все новые и новые вопросы о своем детстве: школа, друзья, одежда, события… Почти полчаса отец точно и уверенно отвечал на все вопросы. Майкл понемногу начал расслабляться. Да, этот человек знает все. Он знал Майкла в детстве. Никакая злая сущность не смогла бы запомнить все эти вещи, известные только Майклу. Интуиция все еще била тревогу, но Майкл уже уверился, что видит перед собой отца! Мужчина начал обильно потеть.

— Папа, что происходит? Я ничего не понимаю.

— Ах, Майкл, я так тебя люблю! Мне так тебя жаль! Сейчас ты лежишь в больничной палате с серьезным переломом шеи. Ты ведь помнишь, что произошло в твоей квартире? Я уверен, что помнишь. Так вот, с тех пор ты не приходил в сознание, и есть основания думать, что из этого коматозного состояния не выпускает тебя сам дьявол. Все это, — отец описал рукой широкую дугу, как бы охватывая окружающий ландшафт, — вымышленная страна. Фальшивка! Это все совершенно нереально. Все, что ты видел, все эти красиво раскрашенные сказочные дома, — всего лишь уловка, чтобы завладеть твоей душой! — мужчина дышал тяжело, как астматик. — Папа, с тобой все в порядке?

— Да, сынок, но я больше не могу. Здесь царит зло, а я пришел к тебе из райского места. Эти энергии несовместимы.

— Вот и мне так говорили, — заметил Майкл.

— Майки, пойдем со мной. Там, под деревом, есть врата в рай. Я могу отвести тебя обратно. На Земле ты выйдешь из комы и придешь в сознание. Твоя жизнь и душа будут спасены. Пойдем. Пойдем со мной! — мужчина слабел с каждой секундой, и Майклу даже показалось, что на миг его очертания расплылись.

Майкл пребывал в нерешительности. Он знал правду. Каждая клетка тела подсказывала ему правду, — но с другой стороны был его отец с очень правдоподобной историей. А что, если эта страна и вправду фальшивка? НЕТ. Не фальшивка. Его душа знала это точно. Майкл решил устроить еще одну проверку. Как же его зовут? Он ведь запомнил это имя. Вспомнив имя, Майкл, не мешкая, произнес его:

— Анниху! — они пристально смотрели друг другу в глаза.

— Что ты сказал, сынок?

— Анниху! — еще раз сказал Майкл, медленно отступая назад.

— Ты выучил здесь какое-то сказочное слово, да, малыш? — Мужчина явно нервничал. Его одежда насквозь промокла от пота.

Майкл застыл. По спине побежали мурашки. Отец никогда не называл его «малышом». Майкл внутренне подобрался. Час пробил. Он почувствовал, как начало вибрировать его волшебное оружие. Щит покачивался на своей застежке, словно пытаясь освободиться. Майкл дал ответ:

— Нет, сэр. Анниху — это небесное имя моего отца. Неужели вы не знали?

Оба застыли, глядя друг другу в глаза. Казалось, это противостояние взглядов длилось вечно, хотя прошло всего несколько секунд. Затея сорвалась. Обман раскрылся. К тому же у НЕГО уже не было сил поддерживать эту иллюзию. ОНО решило вступить в открытое сражение.

ДОВОЛЬНО! — громогласно гаркнул фермер, словно у него было десять луженых глоток, и начал изменять форму. Потный мужчина постепенно превращался в огромное страшное омерзительное чудище. Майкл отступил на несколько шагов и приготовился к бою. ОНО было не меньше пяти метров ростом. Красные глаза внушали ужас. Пятнистая бородавчатая грязно-зеленая шкура выглядела так, словно ОНО не мылось сотни лет. Непропорционально длинные руки заканчивались огромными, как лопаты, ладонями с грязными когтистыми пальцами. И что за смрад! Нелепый образ довершался короткими ногами, — но Майкл уже знал, как резво ОНО умеет двигаться. Он не раз убеждался в ЕГО проворстве, когда, оборачиваясь, видел позади метнувшуюся в сторону тень. Сейчас расстояние между ними составляло метров шесть, и Майкл пока не собирался его сокращать.

Тварь вызывала у Майкла отвращение. Не человек и не зверь. ОНО выглядело совершенно неестественно и не принадлежало ни к одному из известных Майклу измерений. Просто невероятный смрад! Огромная лысая голова. Необычайно подвижное лицо корчило рожи — одна другой страшнее. Открывая пасть, ОНО обнажало острые, как бритвы, зубы. Когда пасть закрывалась, на месте страшного провала не было видно ничего, кроме отвратительных бородавок и складок кожи. Бесформенный нос, очевидно, ничего не чувствовал, иначе ОНО просто задохнулось бы от собственной вони. Эта тварь воплощала в себе все отвратительное и омерзительное, что только может представить себе человеческое воображение. Что это — реальность или иллюзия? Майкл не знал. Во всяком случае ОНО в полной мере воплощало в себе старую энергию. ОНО представляло собой полную противоположность любви и покоя — и от НЕГО исходил смрад смерти. ЕГО сознание было переполнено непостижимой злостью и ненавистью. ОНО смотрело на Майкла с величайшим презрением, словно на козявку, которую можно раздавить каблуком без малейшего раскаяния. Тварью двигало глубочайшее отвращение к миру Майкла. И вот сейчас ОНО сфокусировало все это отвращение в единый луч ярости« и направило его прямо на Майкла.

Майкл едва заставил себя не отвести от НЕГО взгляд. Тварь вызывала омерзение и отвращение. Майкл явственно ощущал ненависть, которую ОНО излучало. Но затем он понял, что именно такой реакции ждет от него чудище, и подавил подступающую к горлу тошноту. «Все не так, как кажется», — напомнил себе Майкл. Вдруг он осознал, что ОНО действует напоказ, — специально строит из себя адского монстра, чтобы внушить страх.

Тело Майкла инстинктивно отреагировало на ситуацию. Его новое высоковибрационное существо пришло в полную боевую готовность. Словно опытный воин, прошедший через бесчисленные битвы, Майкл был готов к любому движению со стороны противостоящего ему зеленокожего ужаса. Тело Майкла переполнилось бурлящей жизненной энергией, однако он не двигался с места. Меч начал вибрировать, — это было отчетливо слышно! Оружие тихонечко пело ноту фа. И все же Майкл ничего не предпринимал. В нем разыгралось любопытство. Хотелось узнать побольше. Теперь настала его очередь прибегнуть к обману.

— Ай, какой огромный! — воскликнул Майкл, притворяясь испуганным. Он съежился, приподнял руки, словно защищая лицо. Его голос очень убедительно дрожал. — Самое настоящее чудовище… ты пришел забрать мою душу?

Бородавчатые складки кожи расступились, открывая провал пасти. Майкл впервые услышал ЕГО голос.

Слабак! — злорадно проревела тварь. — Так я и знал.

Голос был низкий и зловещий. ОНО напомнило Майклу персонажа какого-нибудь низкопробного фильма ужасов.

— Пощади! Я сделаю все, что скажешь, — пропищал Майкл. — Нужно идти к дереву? Там дверь? — Майкл почувствовал, как меч заколотился в ножнах. Оставалось только надеяться, что тварь не услышит лязга.

Не говори глупостей. Я пришел убить тебя. — Казалось, что тварь стала еще больше, если такое только возможно! Майкл осознал, что, скорее всего, ОНО может приобретать любые размеры.

— Кто ты? — закричал Майкл. Он боялся, что притворяется слишком неуклюже, но тварь принимала все за чистую монету. У НЕГО было непомерно раздутое эго!

Я часть тебя, Майки-Хлюпик! Я и есть настоящий Майкл Томас! — бахвалилась тварь. — Я сильнейшая часть. Смотри на меня: во мне вся твоя сила! Я — сердцевина твоего интеллекта и основа рассудка. Приняв внешность твоего отца, я просто маскировался, но слова мои были правдивыми, парень. Ты и вправду лежишь в больнице без сознания, и я пришел, чтобы забрать тебя из этой призрачной страны, населенной всякими смехотворными добрыми волшебниками… ты должен вернуться в реальность. А для того, чтобы вытащить тебя отсюда, придется уничтожить этот нелепый колдовской дух, в который ты превратился!

Майкл осознал, что слова мерзкой твари в какой-то мере правдивы. ОНО действительно представляет собой часть Майкла, причем именно ту часть, от которой он хотел бы навсегда избавиться, — старую и уродливую. Майкл всегда знал об этой части себя, но надеялся, что окружающие ее не видят. Он постарался еще немного скукожиться и сжаться. «Не переусердствуй», — посоветовал внутренний голос.

— Неужели обязательно меня убивать? — Меч неистово колотился в ножнах, но Майкл понял, что этот звук только усиливает иллюзию, будто он дрожит от страха.

Образно говоря, да. Погибнув здесь, в этой стране беспросветной дурости, ты перестанешь себя обманывать и вернешься в реальный мир. Когда ты вошел в ворота, я понял, что ты безнадежно глуп. К счастью, мне удалось проскользнуть следом. С тех пор я постоянно стараюсь вернуть тебя к реальности, — тварь двинулась на Майкла.

— Неужели я такой плохой?

«Похоже, я ЕГО разговорил! — подумал Майкл. — Дрожи, мой меч! — мысленно приказал он своему оружию. — Помоги мне провести ЕГО».

Воспользовавшись твоей физической немощью, они заманили тебя в ловушку, а ты поверил в их нелепую болтовню. Здесь все нереально, парень. Ты настолько увяз в иллюзии, что мне придется полностью уничтожить эту часть тебя, чтобы спасти ум и душу. Мне отвратительно все, что ты здесь обрел.

Майкл понял, что нужно спешить.

— Прежде чем убить меня, не можешь ли ты доказать, что говоришь правду? Если ты представляешь логику и интеллект, то помоги мне найти логическое обоснование твоих собственных слов!

Майкл понимал, что мерзкая тварь не намерена надолго откладывать расправу, но он подумал, что может выиграть еще немного времени, сыграв на эго чудовища. Майкл постарался еще чуть-чуть съежиться и старательно задрожал. Меч добавил образу убедительности.

Конечно, я могу доказать тебе все это логически. — ОНО было уверено, что контролирует ситуацию и вот-вот сотрет сказочную страну Новой Эры с лица земли. ОНО ненавидело эту выдуманную страну. ОНО олицетворяет реальный , мир, где нет места таким слабакам, как Майкл Томас. ОНО придерживается логичной и прагматичной системы верований, опирающейся на опыт и на авторитет историков и ученых.

Тварь встала в полный рост и провозгласила:

ТОТ, КТО ПРАВ, ОБЛАДАЕТ АБСОЛЮТНЫМ МОГУЩЕСТВОМ. ЛОГИКА И РАСУДОК ПРЕДСТАВЛЯЮТ ИСТИНУ! ИМЕННО ПОЭТОМУ Я МОГУ СУЩЕСТВОВАТЬ В ЭТОМ БЕСПЛОТНОМ МИРЕ — ПОТОМУ ЧТО Я ЕСТЬ ИСТИНА. НИЧТО ТУТ НЕ ВЛАСТНО НАДО МНОЙ! — ОНО зарычало. От этого рыка у Майкла чуть не лопнули барабанные перепонки, трава вокруг пригнулась и потемнела, обретя цвет отвратительной кожи чудища.

— Вот как? — спросил Майкл, ухмыляясь. Он перестал прикидываться, выпрямился, расправил плечи и крикнул: — Тогда перейдем непосредственно к доказательствам!

Майкл никогда не думал, что может двигаться настолько быстро. С ловкостью и проворством настоящего воина, которые он приобрел в доме у Оранжевого, Майкл в мгновение ока взобрался на скалу двухметровой высоты, метрах в четырех от чудища. Теперь у него было даже некоторое преимущество перед монстром! Меч буквально выпрыгнул из ножен и уверенно лег рукояткой в ладонь Майкла, издавая богатый аккорд в тональности фа. Это был грозный аккорд, исполненный силы и надежды. Майкл держал меч в вытянутой руке, однако направив его не на чудовище, а в небеса. И еще Майкл обнаружил, что в его левой руке оказался щит. Каким-то образом он вскочил Майклу в руку во время молниеносного подъема на скалу и теперь был обращен к зверю своим серебристым чеканным лицом. Воин Майкл Томас был готов к бою.

Сказать, что тварь была изумлена, — значит ничего не сказать. ОНО проанализировало ситуацию. Легкомысленная и боязливая жертва вдруг начинает угрожать ЕМУ… и вообще ведет себя как-то неожиданно. Неужели парень собирается драться? Как глупо. ОНО расплющит этого сопляка, как надоедливую мошку. Это будет настолько легко, что даже скучно.

Майкл оказался слишком близко, и ЕМУ пришлось немного отступить, чтобы хорошенько разогнаться. ОНО отошло, сжало свои огромные ладони в кулаки и приготовилось к нападению.

Когда тварь изготовилась к бою, Майкл звонко воскликнул:

— ВОТ МЕЧ ИСТИНЫ. ПУСТЬ ОН ОПРЕДЕЛИТ, В ЧЬИХ РУКАХ СИЛА.

Не дожидаясь, когда Майкл закончит, зверь бросился на него.

Майклу казалось, что на него на полной скорости надвигается океанский лайнер. Все, что он мог, — это заставить себя не закрыть глаза! В этот миг с острия меча сорвался невероятно яркий луч света и с огромной силой ударил в чудище. Этот луч не остановил ЕГО, но только пошатнул. Несмотря на то что мерзкое существо утратило равновесие, ОНО все-таки сумело нанести удар по противнику. Майкл рефлекторно поднял щит, хотя был уверен, что могучий враг одним ударом превратит его вместе со всем вооружением в мокрое место.

Но меч и доспехи снова сделали то же самое, что и во время бури (правда, в тот раз Майкл Томас даже не заметил этого). Доспехи окружили Майкла сферой защитного света. Щит же выпустил в руку чудовищу целую очередь огненных дротиков. От Майкла во все стороны расходились лучи ослепительного света! От столкновения материи с антиматерией в воздухе запахло озоном. Смертоносный кулак чудовища, натолкнувшись на барьер из света, отлетел в сторону. Сила защитного свечения оказалась настолько велика, что ОНО подлетело в воздух и грохнулось на спину чуть поодаль. Майкл же остался совершенно невредимым и как ни в чем не бывало стоял на своем месте.

Ах, как прекрасен был этот свет! Майкл Томас в который раз изумился своим дарам. Они безупречно сработали в минуту смертельной опасности и отразили атаку грозного врага. Майкл заметил, что, хотя ему самому дивный свет оружия приятен, ОНО вынуждено прикрывать глаза рукой от этого яркого сияния. Свет сражался на стороне Майкла. Тварь, чьи глаза привыкли к сумраку пасмурного дня, не могла приспособиться к свету оружия. Майкл улыбнулся, осознав, что даже эта неприятная погода сослужила ему добрую службу. Воистину, он находится на своей земле! Он вспомнил кое-что из рассказов Оранжевого и уверенно заговорил, обращаясь к чудищу:

— Щит знания раздражает тебя, мой мерзкий зеленый враг? Тьма не может существовать там, где есть знание. Секреты не выдерживают света) а там, где открывается истина, обязательно рождается свет!

Услышав эти слова, ОНО вскочило на ноги и с новой решимостью бросилось на своего недруга. Майкл не думал, что в этот раз сумеет остановить чудовище. Кулак — это одно дело, а вся туша — совсем другое! Майкл ждал до последней секунды, а затем прыгнул со скалы вниз, навстречу приближающемуся монстру. Майкл вновь бросился в атаку, вместо того чтобы отступить, и вновь создал своими действиями неожиданную ситуацию: Майкл оказался слишком близко, а неповоротливое чудовище настроилось на дальний бой. Размер и вес зверя в такой ситуации играли против него же.

Майкл проскользнул между непропорционально коротких, но все же огромных ног великана. Пробегая под тварью, Майкл сделал выпад рукой вверх. Меч с яркой вспышкой вонзился зверю прямо в промежность. Вдобавок Майкл изо всех сил ударил щитом по ноге чудища, и зеленая конечность не устояла на месте, отброшенная волшебной силой, — так отталкиваются друг от друга противоположные полюса магнитов. Там, где щит соприкоснулся с зеленой кожей, произошла ослепительная вспышка, и чудище утратило равновесие. ОНО в ужасе метнулось прочь от яркого света и высоко подпрыгнуло. Поджав ноги, ОНО пару раз перевернулось в воздухе, словно ныряльщик, совершающий двойной кувырок. Затем тварь тяжело грохнулась оземь и забилась в страшных конвульсиях. ОНО корчилось и отчаянно выло, — не столько от боли, сколько от злобы. Раненная нога дымилась, из пораженной мечом промежности все еще сыпались искры.

— Ну вот, не будет у тебя маленьких зеленых страшил! — пошутил Майкл спокойным презрительным тоном. Он направился к огромному отвратительному монстру. Держа меч наготове, Майкл медленно и осторожно приближался к распростертой на земле мерзостной твари. Майкл остановился там, где чудище не могло бы дотянуться до него.

— Ну что? На чьей стороне истина? Кто оказался сильнее? Сдавайся!

Я СКОРЕЕ УМРУ! — прорычала гнусная тварь. Слова еле угадывались в хриплом стоне.

— Да будет так, — бесстрашно провозгласил Майкл Томас, стараясь не морщиться от нестерпимого смрада.

Однако смердящая тварь еще не погибла. ОНО не было духовной сущностью. Подобно самому Майклу, ОНО было биологическим существом, чужаком в этой дивной стране разноцветных ангелов и искрящихся мечей. ОНО мучилось и истекало кровью. Майклу было страшно смотреть на жестокие раны, нанесенные волшебным мечом в последней схватке. Майкл поморщился. Черная липкая жидкость хлестала из ужасной раны, заливая и без того отвратительную кожу твари. Скоро все ЕГО ноги были залиты черной кровью. Майкл подумал, что, должно быть, тварь испытывает нестерпимую боль, — однако ОНО снова поднялось на ноги! ОНО стояло в полный рост, чуть покачиваясь. От яркого света ЕГО глаза сощурились, превратившись в узкие щелочки. Майкл знал, что одержал победу.

Убийство было чуждо Майклу. Он никогда никого не убивал в своей жизни, — даже живя на ферме, отказывался резать кур, Но сейчас он понимал, что это убийство носит символический характер… к тому же мерзкая тварь на самом деле не умрет. Она просто потерпит окончательное и болезненное поражение.

Поле боя выглядело эффектно, как на картинке. Меч, щит и доспехи все еще чуть светились после предыдущей атаки. С дымящегося тела зверя, поднявшегося для последнего броска, до сих пор сыпались искры. Теперь доспехи Майкла тоже присоединились к победной песне. В свете истины, мудрости и знания огромное злое чудище отбрасывало на землю четко очерченные тени. Раненое, ОНО чуть покачивалось, готовое отчаянно броситься на Майкла и пасть жертвой его небольшого, но могущественного оружия. Они были как Давид и Голиаф и представляли собой весьма сюрреалистическое зрелище на фоне стен узкого ущелья, откуда не сбежать. Два совершенно несоразмерных воина стояли в десяти метрах друг от друга, и ни один не собирался уступать. Первым навстречу врагу двинулся Майкл.

Майкл был проворен, а раненое чудище неповоротливо. Воин сосредоточился на ЕГО уязвимых местах и снова пустил в ход испепеляющий свет своего меча и силу чудесного щита. Монстр не успевал реагировать. В отчаянных попытках отогнать противника тварь начала беспорядочно размахивать руками, чем причиняла только дополнительный вред себе, натыкаясь на непобедимое духовное оружие света, истины и знания. Живописное зрелище. Яркий фейерверк, сопровождаемый дивным концертом! Мелодичные звуки духовного оружия складывались в дивную песнь победы. Оранжевый никогда не говорил, что это оружие умеет петь!

Финальная схватка завершилась менее чем за минуту. Энергия оружия быстро повергла великана. Его огромная тошнотворная туша распласталась у ног Майкла подрагивающей кучей гнилостной плоти. Майкл едва не задыхался от смрада ЕГО крови, текущей из множества ран. Внезапно оружие прекратило свою песнь, а распростертая на земле тлеющая зеленая тварь начала терять очертания.

Я не уйду, Майкл Томас. Мы еще встретимся, — проревело ОНО, прежде чем растаять в воздухе.

— Я знаю, — ответил Майкл, глядя в красные глаза отвратительного гиганта. Он понимал, что смерть злого духа носит символический характер. Но знал он и то, что эта битва была совершенно реальной. Майкл содрогнулся от мысли, что результат мог бы быть противоположным и тогда Майкл лежал бы на земле поверженный и покалеченный. Если бы не чудесное духовное оружие, именно он сейчас таял бы в воздухе, словно призрак.

Майкл был рад, что все закончилось. Он бережно опустил свой чудесный меч в ножны, но вначале поблагодарил его вслух. Поблагодарил он и щит, прежде чем повесить его на доспехи. Он обнял свои доспехи, восславляя и их участие в битве. И тут произошло то, чего он никак не ожидал!

Все три дара начали исчезать. Они таяли в воздухе точно так же, как чудище.

— НЕТ! — закричал Майкл. — Вы мне нужны! Пожалуйста!

Оружие слилось с биологической структурой Майкла Томаса. Такое слияние стало возможно благодаря намерению, которое нашло символическое отражение в проведенной Майклом церемонии, и благодаря только что свершившейся победе над чудовищем. Майкл испугался. Он громко кричал, требуя объяснений:

— А что теперь? Куда делось оружие?

Майкл Томас с Чистым Намерением, все дивные дары остались при тебе, просто отныне ты носишь их внутри! — утешил его Оранжевый. Ведь именно Оранжевый некогда преподнес Майклу все эти дары. — Ты заслужил право слиться с ними. Теперь эти дары стали частью тебя и отныне будут присутствовать в твоих клетках.

Майкл уселся на камень.

— А следующая битва?.. — спросил он.

— Ты снова выйдешь из нее победителем, Майкл, но только в руках у тебя не будет зримого оружия. Истина теперь живет внутри тебя, точно так же, как знание и мудрость. И ни один зверь не в силах отнять их.

Майкл обдумал слова Оранжевого и спросил у другого ангела:

— Зеленый, я опять осуществил сдвиг?

Да, Майкл. Слившись с дарами, ты обрел завершенность. Теперь тебе осталось встретить только одного из нас, — голос Зеленого действовал на Майкла успокаивающе.

— И кто это будет? — Майкл хотел знать уже сейчас, не дожидаясь, пока доберется до следующего дома.

Величайший из всех ангелов, Майкл. Ты сам увидишь, — ответил Зеленый.

Майкл встал с камня. Он никак не мог прийти в себя. Все произошло слишком быстро: встреча с тварью в облике отца, осознание того, что придется сражаться по-настоящему, победа над чудовищем, исчезновение даров, к которым он так привык. Он снова сел и стал перебирать в памяти события последних двадцати минут.

— Белый, а кем на самом деле был тот зверь? — Майкл спросил именно Белого, поскольку чувствовал, что этот ангел даст самый просветляющий ответ. И Белый его не разочаровал.

Это та часть тебя, где нет любви, Майкл. Это человеческая часть твоего существа, которая присутствует всегда, и тебе еще не раз придется иметь с ней дело. Если ее не обуздать, эта лишенная любви часть человеческой природы порождает тьму, — услышав дивный голос Белого, Майкл сразу же почувствовал себя легко.

— Эта тварь вернется, Белый?

Пока ты остаешься человеком, она непрестанно маячит где-то сзади, в любой момент готовая к броску, — ответил Белый. — Но любовь не позволяет ей набраться сил!

Майкл задумался. «Мне осталось пройти только один урок здесь, — подумал он, — а затем я перестану быть человеком». Майклу не терпелось поскорее открыть дверь домой. Именно эта волшебная дверь была его конечной целью. Он задумался о том, что она ему сулит: жизнь, исполненную любви и безмятежности; жизнь, обладающую духовным смыслом. Вдруг Майкл заметил, что небо совершенно прояснилось. Он оглянулся. Поле боя было омыто теплым светом солнца. Майкл увидел следы огня на камнях — отголоски соприкосновения оружия с плотью монстра. Он прикоснулся к пояснице, где еще недавно висел меч, затем к груди, где прежде были доспехи. Ему не хватало их, но Майкл знал, что ангелы сказали правду. Он не чувствовал себя беззащитным. Отныне Майкл носил все эти силы в себе, он стал могучим воином любви — совсем как Мэри. Вспомнив эту сильную женщину, он улыбнулся и мысленно поблагодарил Белого за видение. Затем Майкл снова прикоснулся к груди и осознал, что карта тоже исчезла!

— Карта! — расстроенно вскричал Майкл.

Она тоже внутри тебя, Майкл, — сказал Синий. — Интуиция будет служить тебе не хуже.

Майкл чувствовал себя как голый. «Ничего страшного, — подумал он. — Все равно мне недолго осталось быть человеком. Когда я взойду на небеса и вернусь домой, все эти дары не будут мне нужны. Остался всего один дом!»

Ущелье закончилось довольно скоро, и по мере того, как его скалистые стены расступались, перед Майклом Томасом открывался изумительный вид. Чем ближе он подходил к выходу из узкого ущелья, тем шире расстилалась перед его взором безмятежная равнина. А еще над выходом заиграла радуга. Она ярко сияла на фоне чистого голубого неба этой волшебной страны, обозначая конец ущелья и символизируя завершение путешествия. Зачарованный величественным зрелищем радуги, Майкл лишь изредка опускал взгляд, чтобы посмотреть, куда он идет.

И тут он понял, из чего состоит эта радуга. Шесть друзей встали над ним сияющей разноцветной дугой. Величественные — и гордые! — ангелы взялись за руки и вознеслись в небо радугой, чтобы восславить человека, которого они называют «Майкл Томас с Чистым Намерением». Он прошел под ними, мысленно называя их цвета и произнося слова благодарности каждому ангелу. Вот Синий, который подарил ему карту и указал, в какую сторону идти. Вот Оранжевый, который преподнес дивные дары, сразившие чудовище. Вот Зеленый, друг-весельчак, который рассказал Майклу о биологии, наступил ему на ногу и провел через опыт первого увеличения вибраций. Вот похожая на маму Фиолетовая, которая напомнила ему все уроки земной жизни и объяснила, какую он несет за них ответственность. Вот Красный, поедатель человеческой пищи, который познакомил Майкла с его духовной семьей. Вот исполненный любви Белый, воплощение чистоты; он рассказал Майклу о настоящей любви, показав ему женщину необычайной силы; и еще в доме Белого Майкл познал подлинное страдание, узнав, от чего ему приходится отказаться. Майкл знал: этим жестом ангелы празднуют его победу, ибо следующий дом — последний и Майкл больше никогда не вернется в их страну. Его обучение почти закончилось. Он учился хорошо. Прошел через великие испытания. Собственноручно победил зверя. Майкл понимал, что они прощаются с ним.

— Благодарю вас, друзья мои! — крикнул им Майкл. Величественные цвета постепенно растворились, оставив после себя совершенно чистое небо.

* * *

Далеко идти не пришлось. Очень скоро вдали показался седьмой дом, и он отличался от других. Это был не деревенский домик. Это был огромнейший особняк! Приблизившись, Майкл увидел, что необычен не только размер. Если издали дом казался коричневым, то теперь стало ясно, что он золотой!

По мере приближения к дому Майкл понял, что издали недооценил его размеры. То, что казалось просто крупным особняком, оказалось гигантским многоэтажным дворцом. И, очевидно, он не просто был выкрашен золотистой краской, но сделан из чистого золота!

Вокруг дома был разбит роскошный палисадник с ручейками и фонтанами, где журчали струи кристально чистой воды, рассыпая радужные брызги. Везде росли изумительные цветы самых разных видов, и они были высажены так, что составляли дивные узоры. Дорожка вела к входной двери. У Майкла перехватило дыхание. Там, внутри, его ждет цель путешествия! Это не просто дом, но врата, — вход на небеса. Это дверь домой!

Майкл свернул с дороги и неспешно пошел по длинной извилистой тропинке к золотому дворцу. Он заметил, что волнуется, дыхание участилось. А вот наконец и дверь — огромная, искусно украшенная, вся из чистого золота. Майкл даже усомнился, сможет ли он открыть такую массивную дверь! Он наклонился, снял туфли и поставил их на специально отведенное место. Подождал. Подумалось, что больше он свои туфли не увидит никогда.

Ангел не выходил.

Он задумался, позволительно ли самому открыть массивную дверь и войти внутрь. Затем, вспомнив, как Белый объяснял, что он просто не может выйти за пределы своего дома, Майкл решился. Он потянул за ручку. Невероятных размеров золотая дверь отворилась на удивление легко!

Он ступил за порог и застыл в изумлении. Все из золота! Стены, колонны, пол… А как искусно все украшено! Просто дух захватывает! И здесь тоже пахло Цветами! Запах сирени щекотал ноздри, переполняя сердце любовью. Воистину изумительное, священное место.

Тут Майкл рассмеялся. Вот так шутка! Если другие дома были маленькими снаружи и огромными внутри, то этот снаружи был огромным, а внутри хоть не маленьким, но и не очень большим. В других домах был лабиринт из коридоров и комнат. Здесь же идти можно было только в одном направлении, — и никаких тебе поворотов и разветвлений. Очень простой путь: анфилада залов и коридоров. Да, эти помещения элегантны, роскошны, изысканно разукрашены, — но путь через них прост. Никаких вспомогательных комнат, жилых апартаментов, поворотов, тупиков. Ничего похожего на предыдущие дома. И еще здесь его переполняло какое-то чувство. Медленно идя через залы, Майкл пытался разобраться, что он чувствует. Да. Он понял. Такое же чувство испытываешь, входя в храм. Благоговение. Этот дом исполнен необычайного величия, словно Майкл попал в святилище.

Майкл не знал, что делать дальше. Ангел все не появлялся. Такое случилось впервые, — впервые Майкл вошел в дом и его никто не встретил. Казалось бы, после жестокой схватки, после всех треволнений Майкл должен быть голоден, но есть не хотелось. Он был слишком взволнован.

Наконец он достиг двери, которая отличалась от остальных. На ней было выгравировано слово. Тот же самый шрифт, похожий на арабскую вязь, который он видел в Доме Карт и на плакате в доме Фиолетовой. Майкл понял, что на двери написано имя великого ангела, обитающего здесь. Он открыл дверь и вошел.

Майкл Томас никогда не забудет то, что увидел там. Он оказался в огромном, величественном и прекрасном помещении. Судя по всему, это был зал для богослужений. По всему периметру стен шли витражи, как в соборе. Витражи превращали солнечный свет в радужные струи, которые проливались на золотой пол и расплескивались на нем переливчатыми узорами. Устремив взгляд вверх, Майкл увидел только золотую бесконечность. Дверь, куда он только что вошел, была единственным входом в этот круглый зал. По залу клубился золотой туман, отчего Майклу показалось, что он стоит на рассвете у пруда, вдыхая утреннюю свежесть. Туман играл со светом в дивные игры. Всякий раз, когда туман наплывал на радужное озерцо света, красочные пятна на полу как бы впитывались в туман, превращаясь в радугу — полный спектр цветов. Осознав, что он от восхищения затаил дыхание, Майкл заставил себя дышать нормально.

Скоро он понял, что освещение, декор и архитектурное решение — все направлено на то, чтобы сосредоточить внимание на центре святилища. По краям зала были лестницы, но они вели на балконы, обращенные тоже к Центру. Майкл внимательнее осмотрел комнату. Посередине зала золотой туман был особенно плотным, и в нем, несомненно, что-то скрывалось. Майкл зашагал вперед, ясно осознавая, что приближается к цели своего путешествия.

Идя к центру туманного облака, Майкл осознал, что святилище намного больше, чем ему казалось. Все внутреннее убранство было направлено на то, чтобы обмануть пространственное восприятие человеческого глаза. Путь к центру зала занял намного больше времени, чем предполагал Майкл. И вот, когда до центра оставались считанные метры, Майкл остановился. Что это? За завесой тумана скрывалось что-то плотное. Еще одно строение?

Майкл сделал еще несколько шагов, и вдруг испытал необычайный прилив энергии. Неожиданно для себя Майкл преклонил колени! Им овладело ощущение священного трепета и благоговения — это было настолько сильно, что он просто не мог не стать на колени. Он затаил дыхание и опустил взгляд долу, словно выполняя какой-то неписаный ритуал. Его тело начало дрожать, пронизанное интенсивными вибрациями, которые могли знаменовать только присутствие Бога. Наконец! Он приближается к последней двери, ведущей в рай — домой! Может быть, здесь его не встретит ангел? Однако прочие ангелы не раз говорили, что в последнем доме Майкл встретит величайшего из них. Кроме того, Майкл отчетливо ощущал присутствие кого-то великого — присутствие самого Бога! Дышать было трудно.

Майкл поднял взгляд и увидел, что туман рассеивается. Не вставая с колен, он выпрямился, чтобы лучше видеть происходящее. В редеющем тумане показался большой золотой куб. Когда прояснилось еще немного, стало видно, что посреди золотого куба высечен проход со ступенями, ведущими вверх. Может быть, дверь домой находится там, наверху? Энергетическое присутствие ощущалось все сильнее, и Майкл почувствовал, что недостоин того, чтобы здесь быть. Бывают моменты, когда человек чувствует свое место, и, независимо от того, через что пришлось пройти Майклу, он знал, что перед ним находится нечто, несоизмеримо превосходящее его величием и святостью. Он стоял перед дверью на небеса и казался себе жалким, как тряпичная кукла. Майкл был просто парализован могуществом Духа и величием Бога. Он знал, что в нескольких шагах находится нечто совершенно недоступное его воображению, — нечто исполненное той величайшей любви и красоты, в которой отражается все мироздание!

Майклу не хватало воздуха, но он не опускал голову. Он должен его увидеть. Теперь Майкл был уверен, что обязательно встретит еще одну сущность — величайшую из всех, как говорили ангелы. Должно быть, это воистину так. Что за дивное создание может нести в себе такую энергию? Майклу оставалось только надеяться, что он сумеет выдержать энергию вибраций этого ангела достаточно долго, чтобы успеть увидеть его. Даже если Майклу суждено испариться во вспышке небесного многомерного света, он должен его увидеть! Он помнил, что случалось с теми, кто осмеливался прикоснуться к библейскому Ковчегу Завета. Они просто испарялись, ибо прикосновение к ковчегу — все равно что прикосновение к Богу. Майкл чувствовал, что нечто подобное может произойти сейчас и с ним, если энергия еще усилится. Казалось, все его клетки вот-вот взорвутся. И в то же время они ликовали! Возникло ощущение, что он расширяется изнутри. Майклу стало страшно, — нет, он не боялся за свою жизнь, но боялся, что не сможет увидеть сущность, живущую в последнем доме. А туман между тем рассеивался.

Покрытый барельефами золотой куб со ступенями посредине вырисовывался все более отчетливо. Это было подножие трона! Резное, сияющее, безупречно сработанное, золотое, как и все здесь. Казалось, оно светилось священным светом. Должно быть, наверху восседает ангел. «Кто он?» — спрашивал себя Майкл.

Тут он вдруг заметил, что всхлипывает! Его биологическая система едва не рвалась на части от колоссального прилива священной энергии, а сердце лучилось огромной благодарностью. Он просто не в силах был контролировать свои эмоции. Энергия становилась все интенсивнее, и Майкл знал, что по ступеням вот-вот сойдет сущность, которую он ждет с таким нетерпением. Величайший из ангелов спустится из золотого тумана, скрывающего верхнюю часть куба. Он уже идет — Майкл уверен в этом! Возможно, это хранитель дверей, ведущих домой, тот, кого Майкл хотел встретить все это время, — тот, кто знает все!

Майкл был совершенно обессилен. Не хотелось, чтобы его видели таким. Хотелось быть сильным, но он не мог даже просто подняться на ноги. Хотелось, чтобы Золотой узнал, что Майкл прошел через все испытания и сразил чудовище, но не было сил даже вымолвить слово. Он чувствовал себя как ребенок, не способный контролировать свои эмоции. И еще ему просто не хватало воздуха, — грудь тяжело вздымалась от благодарности и благоговения. Начала болеть голова. «Кто же это идет к нему, столь могущественный? Что это за сущность, в которой сила Бога представлена столь ярко?»

— Не бойся, Майкл Томас с Чистым Намерением. Тебя здесь ждали, — произнес великий ангел, чье тело стало смутно проявляться в золотом тумане по мере того, как он спускался по ступенькам. И этот голос… знакомый голос! Кто же это?

Голос, хотя в нем звучала наивысшая святость, был кроток и спокоен. Пусть эта сущность и выше всех остальных, но их встреча началась очень просто и непритязательно: ангел постарался успокоить человека. Несмотря на слова ангела, Майкл не мог вымолвить ни слова. Он все еще был слишком растерян, чтобы говорить, эмоциональное напряжение не спадало. Майкл неотрывно смотрел на ангела. Руку он прижал к груди, словно для того, чтобы сердце не вырвалось наружу, ощутив приближение золотого владыки любви, который только что к нему обратился. Майкл боялся сплоховать, боялся упасть в обморок. В глазах уже начало мутиться.

Величественный золотой ангел медленно скользил вниз над резными золотыми ступенями, приближаясь к дрожащему коленопреклоненному Майклу Томасу. Несмотря на благоговейный трепет, Майкл отметил странность этой ситуации: зачем делать ступени для существа, которому они не нужны?

Майкл уже видел всю огромную сияющую фигуру ангела, — однако голова все еще скрывалась в клубах золотого тумана. Ангел остановился, не показывая лица. Он был огромен — намного больше всех ангелов, кого он встречал до сих пор. Золото его одежд сверкало настолько ярко, что складки казались наэлектризованными. И крылья… Майкл так и знал, что у этого ангела должны быть крылья! Они трепетали, словно десять тысяч бабочек, не издавая ни звука. Майкл пока еще не видел голову ангела, но не сомневался, что она окружена сияющим ореолом, — ибо не было сомнений, что эта сущность воистину свята.

Нельзя сказать, что Майкл привык к этой энергии, но, когда ангел остановился, что-то произошло. Майкл понял, что получил дар. Его со всех сторон окутал мягкий белый свет — ласкающий, наполняющий душу умиротворением свет. Майкл облегченно вздохнул. Он не смог бы больше выносить эту божественную энергию! Постепенно его дыхание выровнялось. Он по-прежнему сидел на полу. Омывавший его поток любви превратился в поток безмятежности, и Майкл постепенно обрел равновесие. Прошло минут десять. Ангел стоял неподвижно. Силы вновь вернулись к Майклу, и он понял, что ангел специально защитил его светящейся сферой, внутри которой его вибрации могли существовать, несмотря на близость источника божественных вибраций, каким, несомненно, являлось это дивное небесное создание. Наконец он заговорил, не вставая с колен:

— Спасибо тебе, великий золотой ангел, — Майкл глубоко вздохнул. — Я не боюсь.

— Я прекрасно знаю твои чувства, Майкл, и ты действительно не боишься, — ангел по-прежнему не двигался. Майкл пытался вспомнить, откуда он знает этот голос. Он нес в себе такую же спокойную энергию, как голос Белого, и оказывал такое же умиротворяющее воздействие на душу. Голос был громким, он наполнял собой весь зал, и в то же время спокойным. Он точно его где-то слышал, но где? Кажется, это было здесь, в этой волшебной стране, но где именно? Когда Майкл почувствовал, что дар речи к нему вернулся, он спросил тихо и почтительно:

— Знаю ли я тебя, о великий и священный?

— О да, — ответил громадный ангел, чья голова еще скрывалась в тумане, — мы очень хорошо знакомы.

О, что за дивный голос, исполненный необычайной красоты и величия! Майкл не понял слов ангела, но решил пока не торопить события. Чувствовалось, что все происходящее имеет некое ритуальное значение, поэтому лучше просто сидеть в объятиях этой божественной энергии и слушать. Майкл понимал, насколько сильно различаются их вибрации. Ангел снова заговорил:

— Наша встреча в этом доме, Майкл Томас, продлится всего несколько минут. Она будет богата откровениями и исполнена глубочайшего смысла. Наши с тобой вибрации различаются настолько сильно, что мы не можем находиться вместе слишком долго, — однако того времени, которое у нас есть, вполне достаточно.

«Достаточно для чего?» — подумал Майкл. Ангел продолжал, и в этом голосе было столько величия, что, коснувшись уха Майкла и проникнув во все клетки, он размягчил сами молекулы его тела.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, любишь ли ты Бога?

Клетки Майкла задрожали, готовые к любым действиям. Снова этот вопрос! Майкл кое-что понял, и по спине побежали мурашки. Он думал, что Белый последний, кто задает этот вопрос, однако, как оказалось, ошибся. Вопрос прозвучал снова. «Вот решающий момент!» — кричали все клетки хором. «Скажи ДА!» — умоляли они. Возможно, ответ, который он даст Золотому, послужит пропуском домой. Сейчас этот вопрос звучит в последний раз, — и, возможно, этот раз самый важный. Хотелось, чтобы этот миг был исполнен глубины и особого значения. Майкл помолчал, стараясь придумать ответ покрасноречивее. Однако в голове было пусто, — только радость оттого, что он оказался в таком дивном месте перед этой Божественной сущностью.

— Да, люблю, — его голос прозвучал уверенно и чисто. Он не дрожал.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, — снова донесся дивный голос из тумана, скрывающего голову ангела, — хочешь ли ты увидеть лицо Бога? Лицо того, кого ты любишь?

Майкл так и застыл, потрясенный. «Что это значит? Что ему откроется? Чем все это закончится?» И снова все клетки требовали, чтобы Майкл сказал «да». Он ответил просто, почти механически:

— Да, хочу, — теперь голос дрожал, и Майкл не сомневался, что ангел это заметил.

— Тогда, Майкл Томас с Чистым Намерением, — сказал ангел и снова заскользил вниз над ступенями, — узри лицо Бога, которого ты любишь, о чем свидетельствовал восемь раз.

В ореоле величия к Майклу Томасу приближалась святейшая из сущностей. Несмотря на защитную сферу, он ощутил, что энергия снова усиливается, по мере того как ангел выходит из золотой дымки и спускается к нему. Парящая над ступенями массивная фигура ангела увлекала вслед за собой клочья густого тумана. Когда он наконец предстал перед Майклом, его лицо все еще оставалось скрыто. Ангел произнес:

— Встань, Майкл. Ты должен стоять в полный рост.

Майкл понимал, что приближается очень важный момент. Он медленно встал на трясущиеся ноги и устремил пристальный взгляд в постепенно рассеивающийся туман, туда, где должно появиться лицо. Наконец лицо открылось, и Майкл Томас с Чистым Намерением — человек, многое повидавший на своем пути, сразивший чудовище и осуществивший духовную трансформацию быстрее и лучше, чем кто бы то ни было, — застыл, пораженный увиденным. В изумленных глазах заблестели слезы. Рассудок и дух лихорадочно пытались постичь, что это может означать, и не могли. Чувства словно застыли в неподвижности, не зная, как реагировать на то, что открылось глазам. Ноги Майкла подогнулись, и он снова непроизвольно упал на колени — во второй раз за время своего пребывания в этом священном золотом зале.

У великой духовной сущности, спустившейся по резным ступеням с великого золотого трона, было лицо Майкла Томаса! Никакой иллюзии. Это лицо действительно принадлежало ангелу. Это БЫЛ ангел. И ангел был Майклом!

— Поэтому, как ты любишь Бога, так любишь и меня, — Золотой понимал, что Майкл его не слышит. К нему еще не вернулась способность ясно мыслить. Глубочайшее потрясение затронуло каждую клетку Майкла, и он отчаянно пытался хоть в чем-то разобраться. Что все это значит? Правда ли это? Майкл неподвижно сидел на полу, не в силах ничего понять, а ангел между тем продолжал: — Пора дать тебе еще один дар, Майкл, — спокойный и уверенный голос ангела наполнял душу умиротворением и пониманием. — Слушай мои слова, ибо вместе с ними я даю тебе дар глубокого понимания вещей.

Ум Майкла начал проясняться. Он понял, что ангел помогает ему понять увиденное. Сейчас ему в очередной раз придется избавиться от человеческих предрассудков и предубеждений. Ангел говорил далее:

— В каждом человеке, Майкл, живет склонность всей мощью своей логики бороться против самой мысли о том, что он может представлять собой нечто большее, чем человек.

Ангел улыбнулся, и Майклу показалось, что это он сам улыбнулся своему отражению в зеркале. Голос тоже принадлежал ему, но он этого не понял, ведь Майкл слышал свой голос в магнитофонной записи лишь пару раз в жизни. Однако все это не имело значения: главное — внимательно выслушать ангела, и ум Майкла понемногу прояснялся, готовясь к этому. Ангел продолжал:

— Я ЕСМЬ твое Высшее «Я», Майкл Томас: часть Бога, пребывающая в тебе, пока ты живешь на планете Земля. В этом состоит последнее откровение и урок, который тебе необходимо усвоить, прежде чем ты подойдешь к своей цели. Последняя крупица информации. Это наивысшая и наиважнейшая истина для всего человечества, — но она тщательно скрыта от вас и ее труднее всего принять.

Ангел говорил удивительные вещи, но слушать его было сложно: очень отвлекало то обстоятельство, что у него было лицо Майкла! И все же Майкл слушал внимательно, стараясь понять глубинный смысл всех этих слов. Ему необходимо двигаться вперед. Необходимо еще много узнать. Ангел чуть отошел в сторону, и за его спиной стали видны резные ступени, по которым он только что спустился.

— Это золотой Дом Собственного Достоинства, Майкл. Нет худшего препятствия на пути к просветлению, чем ощущение, будто ты этого просветления не заслуживаешь. Поэтому мы решили открыть тебе, кто ты есть на самом деле. Ты часть меня, Майкл. Ты ангел высочайшего ранга, как и все люди. Мы суть те, кто согласился отправиться на планету Земля, чтобы пройти через все испытания человеческой жизни и при помощи полученных здесь уроков и обретенного здесь опыта повысить вибрации планеты. Мы приносим огромную пользу человечеству и всей Вселенной. Поверь мне, Майкл Томас, то, что ты сделал на Земле, оказало большое влияние и на другие уголки вселенной.

— Но ведь я не остался на планете! — выпалил Майкл. Слова ангела снова напомнили ему о том, что он сдался раньше времени. — И я ничего не постиг!

— Это не имеет значения, Майкл, — заявил ангел. — Высокочтимо само намерение совершить путешествие и изначальное согласие принести эту жертву. Ты заслужил глубочайшего уважения уже тем фактом, что пришел на Землю. Неужели ты этого не понимаешь? Или ты никогда не слышал историю о блудном сыне? А ведь ее в той или иной форме рассказывают во всех культурах.

Майкл знал эту историю, но не понимал, какое отношение она имеет к данной ситуации. Он помнил, что в этой истории отец с радостью и любовью встречает своего блудного сына, несмотря на то что тот некогда презрел семейные традиции. Продолжая объяснение, ангел еще немного отошел в сторону.

— Майкл, все ангелы неизменно проявляли огромную любовь к тебе! Ты не задумывался, чем заслужил такое отношение? Теперь ты знаешь. Мы — я и ты — представляем элитную группу сущностей. Мы принадлежим к числу тех высокочтимых и любимых существ. Мы избраны жить на Земле в условиях низких вибраций, в грубой биологической оболочке, не зная, кто мы есть на самом деле. ТЫ — частица Бога, постигающая уроки на этой планете во имя высокой цели, и теперь тебе представилась возможность узреть эту частицу Бога.

Майкл стоял на коленях, потрясенный. Он вспомнил события последних недель. То, что он узнал о семье и о контрактах в доме Фиолетовой, изумило его до глубины души. Знакомство с членами семьи в доме Красного — тоже удивительный опыт! Но чтобы он, человек Майкл Томас, принадлежал к числу величайших ангелов? И другие люди тоже? «Возможно ли, чтобы я был столь велик?»

— Да, Майкл, да. МЫ воистину велики! Сейчас настала пора понять и осознать, что ты заслужил этой высокой чести — прийти на Землю. Ты давно запланировал этот приход и даже стоял в очереди, чтобы попасть на эту планету! Сущности Вселенной чтут тебя за все, что ты сделал, и теперь ты заслужил право перейти на следующий уровень. И поскольку в этом путешествии ты столько раз говорил о своей любви к Богу, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ТЫ ДОЛЖЕН ЛЮБИТЬ И СЕБЯ САМОГО! Подумай об этом, Майкл Томас, ибо эта истина коренным образом изменит твой взгляд на вещи и твои представления о целях человеческой жизни.

Майкл теперь воспринимал информацию намного лучше, поскольку ангел дал ему дар спокойствия и глубокого понимания вещей. Ум работал четко. Однако переварить всю эту информацию было весьма непросто. Между тем ангел говорил дальше:

— Последний шаг — и этот же шаг тебе нужно было бы предпринять, останься ты на Земле, — состоит в том, чтобы принять наше партнерство. Знай, что оно совершенно реально! Ощути достоинство и божественность своей человеческой природы! Пойми, что ты представляешь собой священную небесную сущность. Почувствуй, что ты вечен и здесь твой дом! Прими золотую метку, которую дает тебе это знание, Майкл Томас. Тут Майклу вспомнилось его пребывание в белом доме и видение, которое явил ему Белый: Мэри в больничной палате. В памяти всплыла одна реплика Белого, которая до сих пор не имела для Майкла никакого смысла. Ангел тогда сказал, что Мэри «приняла Золотого»!

— А Мэри с тобой знакома? — спросил Майкл.

— Мэри знакома с собственным Высшим «Я», Майкл, если ты это имел в виду. Все время, пока ты наблюдал за ней, она работала в тесном партнерстве со своим Высшим «Я». И ты это сразу почувствовал. Мэри знает, кто она такая. Он знает о золотой комнате и золотом троне. Она знает, что является священным существом и заслуживает права находиться на Земле. Она приняла свою священную природу.

И снова Майкл исполнился благоговения перед этой маленькой женщиной, которая столь многому его научила, хотя он с ней никогда не встречался.

— Она тебя знает, Майкл, — сказал Золотой.

— Знает? Откуда?

— Все мы друг с другом знакомы, — ответил ангел. — Мэри прекрасно осознавала, что ее дар отцу окажет глубочайшее влияние на других людей. Ей подсказывала это интуиция. Она даже знала, что за ней наблюдают. Мэри, как и ты, владеет всеми дарами, инструментами и картой, а также золотым даром глубокого понимания вещей, который я ныне передал и тебе. Таковы силы просветленного человека на Земле.

— Ого! — чем больше узнавал Майкл, тем больше росло его уважение к Мэри. Она обо всем знала! Интуиция подсказывала ей, что за ней наблюдают и ее действия помогут мне.

— Близится испытание, Майкл Томас, — сказал ангел, переходя к делу.

Майкл понимал, что его ждет еще какое-то испытание. «В чем же оно состоит? Каким образом эта сущность с его лицом и душой узнает, обрел ли Майкл Томас в полной мере чувство собственного достоинства или нет?»

— Есть лишь один способ, — сказал ангел, отойдя в сторону. — Не бойся, Майкл, но остаток нашей встречи ты проведешь без вибрационной защиты. Либо ты принял истину, либо нет. Возможно, это испытание покажется тебе легким, — однако ты не сможешь пройти его, не будучи чистым и не приняв истину о нашем партнерстве.

— Я готов, — сказал Майкл.

На душе было тревожно. «Что он собирается сделать, этот золотой ангел?» — думал Майкл. Белая сфера, ограждавшая Майкла, начала таять, и его снова переполнили вибрации божественной энергии. Опять это ощущение. Эта любовь. Эта совокупная энергия намерения миллионов сущностей. Однако в этот раз Майкл почувствовал кое-что еще. Он отчетливо ощутил, что является частью всего этого. «Неужели в этом и есть смысл испытания?»

— Я чувствую! — вскричал Майкл.

Он надеялся, что это и есть то самое ощущение. Неужели испытание действительно закончилось? Ничего подобного. Ангел с лицом Майкла Томаса приблизился к нему и сказал:

— Майкл Томас с Чистым Намерением, сядь на третью ступеньку.

Майклу снова стало тяжело дышать. Его клетки просто не воспринимали таких высоких вибраций. Майкл вслух обратился к своему телу, не обращая внимания на присутствие золотого ангела. Ему необходимо обрести контроль над собственной биологической системой, причем немедленно!

— С НАМИ все в порядке, — сказал Майкл своим клеткам. — Не бойтесь! МЫ этого заслуживаем. МЫ этого достойны!

Майкл кричал и понимал это. Он непроизвольно сделал то, чему учил его Зеленый, и результаты не замедлили сказаться. Он уселся на третью ступеньку подножия трона. Тело понемногу успокаивалось. Тут Майкл осознал, что золотой ангел все это время не сводил с него пристального взгляда. Лицо ангела расплылось в широченной улыбке!

— Ты отлично справляешься, мой дорогой двойник. Я не смог бы передать тебе все эти навыки, но, на счастье, ты прилежно учился у других ангелов. Теперь посмотрим, так ли хорошо ты усвоил то, что дал тебе я.

Следующее событие потрясло Майкла еще больше, чем явление ангельского лица несколько минут назад. Великий золотой ангел, который несколько мгновений назад являл собой олицетворение Божьих сил, преклонил колени перед Майклом Томасом. Великолепные золотые крылья чуть поднялись вверх и разошлись в стороны, словно ангел, присаживаясь, расправил и приподнял золотой плащ. Два прекрасных крыла приподнялись ровно настолько, чтобы огромный ангел мог грациозно опуститься на колени, не подметая перьями пол.

Тело Майкла снова отреагировало довольно бурно, но на этот раз не ступором. Все его существо исполнилось любви. Майкл безмятежно смотрел, что ангел будет делать дальше.

Преклонив колени, великий ангел достал откуда-то золотую чашу и некоторое время торжественно держал ее перед собой. Он посмотрел Майклу прямо в глаза и сказал слова любви:

— В этой чаше, образно говоря, находятся мои слезы радости за ТЕБЯ. Слезами я хочу освятить и омыть твои стопы, ибо ты достоин такой чести.

«О нет! Ко мне собирается прикоснуться Божественная сущность!» Теперь Майкл понял, в чем состоит испытание. Прикосновение этой золотой сущности станет проверкой, действительно ли клетки Майкла осознали собственное достоинство и действительно ли его тело знает о своей врожденной святости. Да, в таком испытании ни случай, ни хитрость не помогут. Вот он, решающий миг! Прежде чем прикоснуться к левой ноге Майкла Томаса, ангел ответил на его мысли:

— Это не проверка твоих вибраций, Майкл. Ибо ты и я все равно не будем вибрировать на одном уровне до тех пор, пока мы снова не сольемся воедино в конце. Это испытание твоей человеческой веры. МЫ должны принять тот факт, что МЫ как Бог заслуживаем чести быть человеком. Это испытание покажет, действительно ли ты понимаешь, что достоин того, чтобы Дух собственноручно омыл твои стопы, и действительно ли твоя любовь к Богу проявляется в любви к самому себе.

Майкл расслабился. Он знал свои мысли и был уверен, что в полной мере принял эту удивительную идею, как и весь урок великого ангела. И еще он вдруг осознал, что испытание послужит также подтверждением этого его понимания для ангела. Огромный ангел склонился так, чтобы его глаза оказались ниже уровня глаз Майкла. Майкл понял смысл этого символического жеста, и его переполнили сильнейшие чувства.

Благородная сущность нежно взяла в руки стопу Майкла, и по его телу пробежал удивительный трепет, — проникая также в сердце и ум. Майкл исполнился глубочайшего сострадания, по щекам потекли слезы. Он молча смотрел, как ангел нежно омывает его стопу. Майкл чувствовал, что его безмерно любят. Он не исчез. Не растаял в энергетической вспышке. Хотя Майкл чувствовал давление вибрационной энергии ангела и с трудом выдерживал этот натиск, он понимал, что заслуживает того, чтобы принять ее. Он молчал, поскольку знал, что любовь тиха. Майкл знал, что у чистой любви нет никаких целей, поэтому великий ангел не потребует ничего взамен. И еще он знал, что любовь не кичится, поэтому ангел не призовет из ангельских чертогов сотни себе подобных. Между ними происходило нечто личное, и ангел безмолвно просил Майкла принять оказанную ему честь и просто БЫТЬ. Майкла Томаса переполняли необычайно сильные чувства. По щекам по-прежнему текли слезы великой радости и благодарности, но он не стыдился. Он знал: ангел понимает, что это человеческий способ сказать спасибо, -пусть даже это может показаться странным. Наконец ангел снова заговорил. Его голос был исполнен гордости за Майкла.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, ты воистину прошел великое испытание, — величайшее из всех. Но сейчас я покажу тебе нечто еще более великое. Ты уже прошел все испытания и готов войти в дверь, ведущую домой; однако прежде я омою и вторую твою ногу. Это большая честь для меня и в этом проявляется любовь Бога к тебе. Теперь это уже не будет испытанием. В этом нет практического смысла. Я сделаю это только потому, что люблю тебя. Никогда не забывай этот миг.

Вряд ли в жизни Майкла когда-либо был более священный момент. По щекам ручьями лились слезы, и две сущности обменивались любовью равной душевной силы. Стопа Майкла казалась крошечной в огромных руках ангела. Наконец ритуал завершился. Чаша исчезла, и ангел встал в полный рост. Его крылья снова свернулись и легли вдоль тела.

— Можешь встать, Майкл Томас. Ты показал, что твое намерение воистину чисто. Ты готов идти домой!

Майкл встал, оглядел зал, затем посмотрел на ангела. Прочтя его мысли, ангел взял Майкла за руку, а другой рукой указал в сторону трона.

— По ступенькам, Майкл, — ангел улыбнулся.

Майкл обернулся и посмотрел в клубящийся туман. Ступени золотого трона манили в новый незнакомый мир, сулящий великие свершения. Он снова обернулся к ангелу, словно прося у него подтверждения, что должен подняться туда сам.

— Дверь, которая тебе нужна, там, Майкл. Ах да, и не забудь: дела не всегда обстоят так, как кажется.

Майкл не стал спрашивать, что означают эти слова в данный момент. Он уже стал воспринимать их как мантру этого мира. Майкл понимал, что не может задерживаться здесь надолго. Знал об этом и ангел, поэтому он подошел к человеку и обнял его за плечи своей огромной рукой. Мягким, ободрительным голосом он сказал последние слова:

— Я сам только что оттуда, Майкл. Все в порядке. Теперь иди. Цель близка. Я тоже вскоре к тебе присоединюсь. Мы никогда не прощаемся, ибо мы одно.

Майкл знал, что должен уйти из сферы действия этой мощнейшей энергии. Он развернулся и быстро пошел вверх. Теперь он понял, зачем тут ступени. Они предназначены не для ангела, а для человека, и их размеры идеально приспособлены для ног Майкла. Все понемногу складывалось воедино, обретая смысл, но Майкл не хотел ничего анализировать. Настало время обрести выпускной статус! Настало время отправиться домой. Он поднимался по ступеням, приближаясь к огромному резному трону. Майкл остановился, чтобы еще раз взглянуть на великого золотого ангела, — на частичку Бога, которая и есть он сам. Ангел стоял внизу, сложив перед собой руки, и с улыбкой смотрел на Майкла Томаса. Ангел прав. Нет ощущения, что они прощаются. Ангел действительно его часть! Майкл осознал, что за один день встретил две разные части себя самого. Одна была абсолютно лишена любви, а другая преисполнена ее. Где-то между ними находится сознание человека, и он должен сам решить, к чему склониться. «Прекрасный образ!» — подумал Майкл.

Майкл снова пошел вверх. Плотный туман скрывал путь, и Майкл видел перед собой только десяток золотых ступеней. Он ступал очень осторожно. Меньше всего ему хотелось упасть в кульминационный момент своего священного путешествия. Он рассмеялся, представив себе, как катится кубарем вниз и суетливо извиняется перед великим ангелом за неуклюжесть. Смех помог немного расслабиться.

Он чувствовал, что поднялся уже приблизительно на высоту второго этажа и скоро должна быть какая-нибудь площадка. «Воистину великолепный трон», — подумал Майкл. Какое огромное подножие! И это его трон! Добравшись до вершины, Майкл не был разочарован. Возле искусно выкованного ажурного золотого кресла была дверь, к которой он стремился в течение всех этих недель. То, о чем Майкл так давно мечтал, теперь оказалось прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки. Больше ничего здесь не было — только хорошо освещенная дверь и трон. Казалось, дверь просто подвешена в воздухе, без стен и даже без косяка, и было совершенно непонятно, насколько она принадлежит реальности золотого трона. Майкл догадался, что она не является частью Дома Собственного Достоинства и мира, где он находится. Это врата, и они в значительной мере принадлежат другому измерению. Дверь была испещрена уже знакомыми Майклу непонятными надписями, среди которых было начертано одно слово на обычном человеческом языке: ДОМ.

Майкл так давно ждал этого момента. Он много пережил, многому научился, изменил свою клеточную структуру, — и все для того, чтобы подготовить себя к миру, ждущему его за этими вратами. А теперь все это казалось даже как-то слишком заурядно. Он стоял перед дверью, думая обо всем, что произошло за последнее время, и о прекрасном золотом ангеле, стоящем у подножия трона. Майкл снова обдумал то, что произошло несколько минут назад, когда он сидел на третьей ступеньке. Воистину, этот последний опыт стал решающим штрихом, определившим его нынешний настрой. Майкл торжественно повернулся лицом к двери.

— Я этого заслуживаю! — уверенно сказал Майкл Томас. — И я славлю Вселенную за то, что она предоставила мне возможность сделать то, что я намерен сделать. С величайшей любовью я вхожу туда, куда хотел попасть.

Импровизированная церемония завершилась, Майкл Томас еще раз глубоко вдохнул человеческий воздух и решительно открыл дверь с надписью «ДОМ».

* * *

Майкла вырвало.

 

Глава двенадцатая

ДВЕРЬ ДОМОЙ

— Поверни его набок и подставь таз! — крикнула медсестра санитару. — У него рвота.

Отделение скорой помощи было переполнено, как часто бывает вечером в пятницу. А в этот день ситуация еще усугублялась полнолунием…

— Он очнулся? — спросил сосед Майкла, приехавший в больницу вместе с ним. Санитар в белом халате склонился над Томасом, вглядываясь в его зрачки.

— Да. Приходит в себя, — ответил он. — Когда можно будет с ним разговаривать, скажите, чтобы ни в коем случае не вставал. Ему на голову пришлось наложить несколько швов. Кроме того, некоторое время будет сильно болеть челюсть. На снимке видна трещина — еще чуть-чуть, и был бы перелом. Хорошо, что мы успели вправить вывих, пока он был без сознания.

Санитар вышел из бокса, в котором лежал Майкл, и задернул занавеску. Майкл открыл глаза. Он сразу понял, где оказался. Он снова на Земле, в больнице, где все это началось. Майкл поморщился от яркого стерильного света флуоресцентных ламп, горящих в отделении, и закрыл глаза. В палате было прохладно, и Майкл захотел укрыться. Словно отвечая на безмолвную просьбу Майкла, в отсек зашел санитар, накрыл Майкла одеялом и снова вышел.

— Ты был в отключке, дружище, — сказал сосед, немного смущенный тем, что даже не знает имени спасенного. — Тебе тут немного башку заштопали. Так что пока не вставай, — сосед неловко потрепал Майкла по плечу и вышел из бокса.

Майкл остался один. Голова шла кругом, — слишком уж реальным казалось то, что было перед этим. Значит, это все сон! Мерзкая злобная тварь, которую он сразил в этом видении, оказалась права! Майкл все это время оставался на Земле, на больничной койке без сознания, — в коме, — и все эти его удивительные приключения не реальны.

Майклу показалось, что сейчас его еще раз вырвет, — на этот раз от отвращения к реальности. Он снова здесь. Попасть домой — несбыточная мечта, и страна ангелов представляет собой именно то, что сказало чудовище, — сказочка. Ничего этого не было, — Майкл все время пролежал в больнице! Ничто из того, что он увидел и чему научился, не реально. Он закрыл глаза. Хотелось умереть.

В отсек вошла старшая медсестра и склонилась над Майклом. Через запах дезинфекции пробивался аромат ее духов. Она проверила повязку на голове пациента и легонько прикоснулась к нему.

— Мистер Томас, вы проснулись?

— Да, — устало и подавленно ответил Майкл.

— Можете отправляться домой. Мы промыли и зашили раны. Теперь все в порядке. Мы вам больше не нужны. Майкл Томас понял, что что-то изменилось.

— А моя челюсть… мое горло?

— Там вроде бы все в порядке мистер Томас. Или мы что-то упустили?

Под озабоченным взглядом медсестры Майкл подвигал челюстью и пощупал шею. Кажется, действительно в порядке.

— Нет. Наверное, мне приснилось, — Майкл понемногу возвращался в реальность. Он обдумал сложившуюся ситуацию. — Как долго я здесь пролежал?

— Часа три, мистер Томас, — улыбнулась медсестра.

— А что с оплатой? — поинтересовался Майкл.

— Счета оплачивает владелец вашей квартиры. Там какая-то страховка. Вас только попросят подписать кое-какие бумаги, а платить ничего не нужно.

— Спасибо, мисс.

Медсестра вышла из отсека, и Майкл снова остался один. Кое-что не стыковалось. Хотя теперь казалось, что все это было очень давно, Майкл отчетливо помнил, как вор повредил ему в драке горло. Все эти травмы были нанесены еще до видения, или сна — или как еще это назвать. События сна, естественно, не могли ничего исправить. Однако теперь у него не было повреждено не только горло, но даже челюсть. «Или это просто очередной сон?» Нет. Майкл ощутил, что его мочевой пузырь переполнен. Ему нужно в туалет! Он вернулся к земной реальности — к реальности, которую он знал, пока был обычным человеком.

Не обращая внимания на головную боль, Майкл встал и пошел искать туалет. Он заметил, что на нем все та же уличная одежда. Уборная нашлась сразу же. Типичный больничный туалет: кабинка на одного человека, остро пахнущая дезинфекцией и безупречно чистая. Майкл облегчился. Ощущение было непривычное — словно он не делал этого много недель. Казалось, струя не истощится никогда.

Умываясь, Майкл посмотрелся в зеркало. Что-то в его лице изменилось. Майкл немного приблизил лицо к зеркалу, пристально вгляделся в собственные глаза и спросил себя, что он видит. Плечи расправлены, самочувствие отличное! Возможно, трехчасовой отдых в больнице — это именно то, что было ему нужно.

Майкл неспешно вышел из отделения интенсивной терапии и увидел в холле своего соседа. Они пожали Друг другу руки.

— Спасибо вам большое, мистер… — Майкл не знал имени.

— Называйте меня просто Гэл, мистер Томас, — сосед был рад, что с Майклом все в порядке.

— Гэл, неужели вы ждали меня все это время? — спросил Майкл.

— Ерунда, мистер…

— Называйте меня Майкл, — перебил Майкл.

— Хорошо, Майкл. Моя машина здесь, на стоянке. Поехали домой.

Услышав слово «домой», Майкл вспомнил свой сон и приуныл. Внутри стало пусто.

— Отличное предложение, Гэл, — Майкл был искренне благодарен соседу.

Подписав несколько бумаг, Майкл вышел вслед за Гэлом на стоянку. Пока ехали домой, Майкл расспросил соседа о происшедшем в квартире. Все было именно так, как он помнил сам, за исключением травм. «Может, я все это навоображал?» — спросил он себя.

Сердечно поблагодарив соседа за заботу, Майкл пошел к себе. Он открыл дверь обычным способом, включил тусклую лампочку и вошел в комнату.

Вид и запахи привычного жилища почему-то не оказались знакомыми. В комнате царил беспорядок, стереосистема и телевизор стояли не на своих местах, однако аквариум оказался цел, в то время как Майкл отчетливо помнил, что он разбился. Что-то было не так. Ощущение было такое, словно Майкл пришел к какому-то нищему, чтобы помочь ему навести порядок в хижине! Майкл стоял и недоуменно обозревал квартиру.

Это не его дом! И как он мог здесь жить? Почему здесь так темно и грязно? Всего три часа назад это был его дом, а теперь, казалось, он принадлежит человеку из совершенно другого мира. «Что происходит?»

Майкл понял, что его нынешнее сознание не имеет ничего общего с сознанием того мужчины, который прежде жил здесь. Даже мысль о том, чтобы провести ночь в этой норе, казалась дикой и неуместной. Майкл открыл один из ящиков шкафа и порылся в вещах. Там лежала его кредитная карточка, — еще не: давно Майклу казалось, что он никогда не станет пользоваться ею. «За кредит приходится слишком много платить, — говаривал он. — К тому же у меня нет тяги к красивой жизни». Майкл сунул карточку в кошелек, убедился, что там осталось еще несколько долларов наличными и начал собирать личные вещи и предметы туалета. Наконец он выключил свет и вышел из квартиры. Он знал, что ему еще придется сюда вернуться за своей рыбкой и за вещами… А еще Майкл пообещал себе немедленно уволиться с работы. Майкл на минутку зашел к Гэлу и коротко объяснил, где его искать, если потребуется дать показания в полиции.

Майкл остановил такси и поехал в более благополучный район города, где снял комнату в приличном отеле. Разглядывая ярко освещенный вестибюль с хорошей мебелью, он вздохнул с облегчением. Это уже получше! Завтра же он найдет себе другую квартиру, — сразу же после того, как устроится на новую работу, соответствующую его способностям. Майкл шел через холл к лифту, и люди провожали его взглядом. Было в нем что-то позитивное, — этот человек притягивал внимание окружающих. Людям казалось, что они видят какую-то знаменитость, — возможно, кинозвезду.

Лежа на кровати в номере, Майкл задумался, что же с ним все-таки произошло. Он себя отлично чувствовал! Ни о чем не волновался. Совершенно четко знал, что завтра же найдет новую работу. Да, он уверен, что найдет работу за один день — в Лос-Анджелесе! — потому что знает себе цену. Майкл уже предвкушал новые встречи, новое общение, головокружительную карьеру.

И тут произошло невероятное. Он вспомнил о Ширли, своей ушедшей любви, и не испытал боли. Не было ни острой тоски по утраченному, ни жалости к себе, ни желания спрятаться от всего мира. Майкл даже поморщился, вспомнив свои недавние настроения. «ФУ! Как можно себя так вести? Ведь она всего-навсего выполняла условия нашего контракта. И я несу такую же ответственность за все эти события, как она».

Ну и ну! Что он говорит? Но ведь это правда! И тут Майкл сделал то, что еще несколько часов назад было бы просто невозможно. Он подошел к телефону и набрал хорошо знакомый номер. Первый гудок, второй, затем в трубке раздался приятный женский голос.

— Алло!

— Ширли! — Майклу было очень приятно слышать этот голос.

— Майкл? — Ширли, казалось, была отнюдь не рада его звонку.

— Привет. Я позвонил, чтобы убедиться, что у тебя все в порядке, и сказать, что у меня тоже все хорошо.

:- Майкл? Это правда ты? Что-то я тебя не узнаю.

— Мне только хотелось поставить точку в наших отношениях и искренне пожелать тебе счастья. Ты ведь замечательная девушка и заслуживаешь всего самого доброго.

— Майкл? Наверное, это все-таки не ты.

— Я.

— Ты нашел себе другую девушку?

— Нет, Ширли. И все же я говорю искренне. Просто захотелось позвонить тебе, сказать, что у меня все в порядке, и пожелать исполнения всех желаний. Мне с тобой было очень хорошо, и я надеюсь, что ты тоже будешь вспоминать меня добрым словом.

— Майкл? Что с тобой случилось?

— Так сразу не расскажешь. Может быть, в другой раз поговорим. Пока.

— Майкл? Или это кто-то так пошутить решил?

Майкл повесил трубку. В душе царила необычайная безмятежность. Он закрыл эту часть своей жизни и был несказанно рад. Ее голос не пробудил в нем никаких негативных чувств, — появилось только ощущение, что дело завершено и можно двигаться дальше.

Майклу и самому все это казалось странным. Что-то изменилось. Он совершал поступки, которые совершенно не в характере старого Майкла. Он отчетливо ощущал энергию текущего момента и совсем не беспокоился по поводу того, что собирается ночевать в отеле за сто долларов в сутки. Он был абсолютно уверен, что легко оплатит пребывание здесь из тех денег, которые заработает на новом месте, — а ведь он еще лаже не начал искать работу! Нет, это не старый Майкл. Это «текущий» Майкл, исполненный чувства собственного достоинства и знающий, как работает вселенная. Было такое ощущение, словно он родился заново и обрел все здоровые ощущения, которые свойственны довольному своей жизнью человеку. По спине пробежали мурашки, и Майкл каким-то образом понял, что они означают. Он подошел к двери номера и распахнул ее. За порогом стоял его друг, Джон, — он уже даже поднял руку, чтобы постучаться!

— Привет, Джон! — Майкл обнял друга.

— А откуда ты знал, что я пришел? — спросил сбитый с толку Джон.

— Полагаю, интуиция. Давай же, входи.

— Нелегко же тебя было найти! Я услышал, что твою квартиру ограбили, и сразу же после окончания вечерней смены поехал к тебе. Сосед объяснил, где тебя искать. Ты как себя чувствуешь? Голова в порядке? Почему ты съехал с квартиры, перебрался в гостиницу, и вообще, что происходит?

Майкл жестом остановил этот поток вопросов и улыбнулся Джону.

— Джон, с головой у меня все в порядке. Что касается квартиры, то не место мне в этой норе. На работе мне тоже не место — и мы оба это прекрасно знаем.

Джон был потрясен. Он всегда надеялся, что рано или поздно Майкл соберется с силами и наладит свою жизнь, но никак не рассчитывал, что его Друг превратится в этакого супермена всего за несколько часов.

— Майкл, что произошло? Тебя словно подменили!

— Я знаю. Не могу объяснить тебе, как это произошло, но результат налицо! Я очень доволен тем, как все складывается, полон энергии и жизненных планов, — Джон внимательно слушал друга, не говоря ни слова. — Я бы тебе налил чего-нибудь освежающего, но я и сам сюда только что вселился. Может, спустимся, поужинаем?

— В ресторане, что ли?

— Да. Я приглашаю.

— С удовольствием, — Джон пристально посмотрел на Майкла. — И все же, парень, тебя подменили!

Друзья вышли из номера и скоро уже сидели за столиком уютного ресторана при той же гостинице. Майкл говорил много, — правда, о своем сне не сказал ни слова. Джон все больше слушал. Майкл рассказал о разговоре с Ширли, о планах сменить работу, о своем новом взгляде на жизнь. Он красноречиво рассуждал о том, что истина всегда побеждает, а прощение и честность помогают обрести покой в жизни. Те вещи, которые Майкл раньше подвергал яростным нападкам, теперь он обсуждал спокойно, допуская различные мнения. Он говорил о том, что человек не обязан безропотно принимать то, что дарует ему судьба, и о том, что каждый сам создает свою реальность.

Джон молчал. Он испытывал самое настоящее потрясение. Джон все слушал и слушал своего друга — за обильным ужином, и за десертом, и за кофе. Он словно попал на какую-то лекцию по практической психологии — и слова друга по-настоящему запали в душу. Наконец, когда рот Майкла был занят пирожным, Джон спросил:

— Послушай, Майкл, у тебя что — была клиническая смерть или что-то в этом роде? — Джон спрашивал совершенно серьезно. Ведь еще накануне Майкл ни в грош себя не ставил, постоянно хандрил, был готов умереть на помойке и нежно лелеял свои страдания.

— Нет, Джон, скорее это была клиническая ЖИЗНЬ, — друзья рассмеялись. Напряжение спало. Штуки шутками, а Майкл и сам уже ломал голову над тем, что же с ним все-таки произошло. Он пока еще не готов был утверждать, что его видение совершенно реально, но теперь ему нравилось жить!

Джону не хотелось расставаться с другом. Окружавшая Майкла энергия благотворно действовала на Джона, и он это чувствовал. Он даже решил и сам найти другую работу. Майкл убедительно говорил, что Джон заслуживает большего, и он согласился. Позитивное отношение к жизни и воодушевление Майкла передалось и Джону. Хорошее настроение очень заразительно. Что же касается всяких возвышенных мыслей, то Джону они были в новинку, но слушал он с интересом. Они пробудили в нем ощущение, что он чего-то стоит.

Мужчины пожелали друг другу спокойной ночи, и снова Майкл тепло обнял друга. Джон осознал, что прежде Майкл никогда так не делал, а теперь, за один вечер, обнял его дважды. Что произошло с этим человеком? Как приятно иметь такого друга! Казалось, что Майкл живет где-то в другом мире — или, возможно, он живет по-прежнему здесь, но исполнился какой-то неземной безмятежности и любви к человечеству. Он никого не осуждает. Он счастлив. Надо же, какой парень стал… до чего изменился человек!

Майкл вернулся в номер и сел на кровать. Решится ли он хоть на миг поверить, что это путешествие было реальным? Если оно реально, то почему он снова вернулся на Землю? Казалось, что все неправильно. Казалось, что все произошло не так, как должно. «Что? Дела не всегда обстоят так, как кажется?» Майкл ощутил какое-то странное, но знакомое чувство. Его вела интуиция, — вело само тело.

Майкл встал с кровати, пересек комнату, сел на стул и сделал нечто непривычное, но показавшееся ему совершенно естественным. Он закрыл глаза, протянул вперед руки и торжественно сказал:

— Во имя Духа, я прошу, чтобы мне показали то, что мне необходимо знать об этой ситуации. Я приветствую происходящее, хотя ничего не понимаю, — Майкл молча сидел с закрытыми глазами. Затем все озарилось вспышкой ярчайшего света.

Майкла перенесло через врата между измерениями в пространство, специально подготовленное для него и только для него. Это внутреннее святилище, где Майкл Томас может общаться с духом, — место, куда он будет отныне часто возвращаться в своих медитациях. Майкл парил в открытом пространстве, ясно осознавая, что снова оказался в состоянии «сна», но только это состояние на самом деле сном не является. Или это все-таки сон?

Нет, не сон, Майкл Томас, — голос Белого! Хотелось открыть глаза, но Майкл не решился: вдруг он выпадет из этого измерения, ведь он здесь всего лишь гость. Он не хотел вновь оказаться в комнате гостиницы, пока сам не решит, что пора вернуться. Белый продолжал: — Это просто иное состояние сознания, или измененная реальность. Какая из реальностей кажется тебе более реальной сейчас, Майкл?

— Белый! — воскликнул Майкл.

— Да, Майкл.

— Я так рад тебя слышать! — Майкл был в восторге. Он почти кричал. — Белый! Значит, это был не сон! Я так и знал!

— Это был не сон, Майкл.

— Что произошло? Почему я не на небесах? В чем моя ошибка? -Майкл был так рад снова беседовать со своим духовным другом!

— Открой глаза, Майкл. Тут собралась целая компания.

Майкл послушался и медленно открыл глаза. Врата между измерениями не закрылись, и Майкл не вышел из медитативного состояния. Он парил в позе лотоса среди изумительной белизны. Это место походило на то пространство, где он впервые встретился с белым ангелом любви. Вокруг Майкла и чуть ниже медленно обретали форму семь сущностей. Это были семь разноцветных туманностей, которые постепенно видоизменялись под его взглядом. Вначале это были бледные облака. Затем они начали наливаться яркими цветами и обретать форму. Майкл знал, что произойдет дальше, и его сердце заплясало от радости!

Итак, семь бледных облаков обрели яркие цвета и отчетливые формы. Здесь были Синий, Оранжевый, Зеленый, Фиолетовая, Красный, Белый и даже ЗОЛОТОЙ! Расположившиеся на равном расстоянии друг от друга, маленькие облачка постепенно выросли и превратились в фигуры ангелов, с которыми он, казалось, встречался и общался только вчера. Майкл был несказанно рад их видеть. Его друзья здесь! Все это время Майкл следил за тем, чтобы не оборвать ту тонкую нить, которая связывает его с человеческим телом в лос-анджелесском отеле. Майкл снова находился в двух местах одновременно.

Семь ангельских сущностей в святилище Майкла некоторое время хранили неподвижность, воздев к Майклу руки в торжественном приветствии. Майкл торжествовал вместе с ними. Он ощущал, что этот круг исполнен святости, и почтил его молчанием. Первым заговорил Золотой:

-Майкл Томас с Чистым Намерением, мы приветствуем тебя!

— И я вас приветствую, — сказал Майкл, благодарный и безмятежный.

— Что ты хотел узнать, Майкл? — золотой ангел едва сдерживал смех. Он знал все, что знал Майкл, а поэтому ангел понимал, что человек страстно хочет понять, в чем его ошибка. «Почему я опять оказался на Земле?»

Заговорил Белый, отвечая на незаданный вопрос Майкла:

— Возможно, ты хотел бы вспомнить свою изначальную просьбу? — Майкл не понял, что имеет в виду Белый, но он промолчал, ожидая, что ангел скажет дальше. Словно магнитофонная запись, зазвучали слова, которые Майкл произнес в другой точке времени, — когда он при первой встрече говорил Белому, что для него означает слово «ДОМ». Майкл вместе с остальными ангелами слушал свой голос:

— Я хочу, чтобы меня любили… чтобы везде была любовь. Хочу, чтобы жизнь была наполнена покоем. Не хочу суетиться и участвовать в банальных взаимоотношениях. Не хочу беспокоиться о деньгах. Я хочу ОСВОБОДИТЬСЯ! Устал быть один. Хочу значить хоть что-то для других сущностей во Вселенной. Хочу знать, что в моей жизни есть смысл, и выполнять на небесах, — или как вы там их называете, — свою задачу. Хочу быть частью Божьего плана. Я не хочу больше быть человеком. Я хочу быть подобен тебе!

Так Майкл сам описал, что он надеется обрести ДОМА. Именно эти слова он произнес, когда Белый попросил дать определение понятия «ДОМ»!

Затем зазвучал голос Синего:

— Взгляни на свою жизнь, Майкл Томас. У тебя есть карта-интуиция, позволяющая тебе сохранять покой, ибо ты понимаешь, что Дух всегда современен, то есть действует вовремя.

Майкл осознал, что Синий прав. Он ведь сейчас ни капли не беспокоится по поводу предстоящих поисков работы. У Майкла есть «карта», которая поможет ему попасть, куда нужно.

Затем в беседу вступил оранжевый ангел:

— А дары и инструменты высоких вибраций помогут тебе обрести равновесие на этой планете и не участвовать в драмах окружающих, если ты сам не решишь в них участвовать. И при этом у тебя есть силы сразить любой негатив на своем пути!

Майкл знал, что Оранжевый говорит правду. Его теперь действительно ничуть не беспокоили старые жизненные драмы. Даже эпизод с Ширли совершенно ушел из его сознания, словно это никогда и не было для него проблемой.

Затем взял слово Зеленый. Этот веселый голос невозможно не узнать:

— Твоя биологическая система даст тебе то освобождение, которое тебе нужно, Майкл. Ныне все твое тело исполнено мудрости и знаний.

Майкл никогда не чувствовал себя здоровее, к тому же он теперь знал, как ухаживать за своим телом. Зеленый был первоклассным учителем!

Настал черед Фиолетовой. Ее мелодичный голос нежно коснулся слуха:

— Теперь ты стал частью Божьего плана, Майкл; у тебя есть цели и ответственность. Ты сам создаешь свою реальность, и беспокоиться отныне не о чем. Тебя окружает семья!

Майкл понимал, что и Фиолетовая права. Он действительно намерен создавать свое будущее без беспокойства. Майкл знал, что его поддерживает семья и он всегда будет оказываться в нужное время в нужном месте.

Вступил Красный:

— Ты больше никогда не будешь таким человеком, как прежде, Майкл. Твое намерение изменило тебя навсегда.

Опять верно! Майкл никогда не сможет вернуться назад. Он стал другим человеком. Его квартира принадлежала какому-то чужому жалкому типу, а свою старую одежду придется раздать. Майкл изменился!

Снова зазвучал прекрасный голос Белого:

— Ты совершенная и безупречная часть Божьего плана, Майкл. Тебя любят безмерно, и ты обладаешь способностью дарить такую же любовь окружающим. И все же тебе еще только предстоит обрести главный дар!

«Что это значит? Почему Белый всякий раз задает мне какую-нибудь загадку?»

Наконец раздался голос золотого ангела — такой громкий и мощный, исполненный святости и в то же время такой мягкий:

— Ты хотел быть, как ангел, Майкл? Чему ты научился в моем доме? Ты — прекрасная частица Бога, носитель высочайших вибраций на планете. Ангел в человеческом обличье, один из немногих, кто знает об этом, помазанник Божий.

И правда, когда Майкл говорил, что хочет быть как ангел, он просто не осознавал, что он уже ангел.

Вдруг они все в один голос донесли до Майкла мысль:

— Это и ЕСТЬ дом, Майкл Томас. Ты попал сюда, потому что просил об этом. Это твой родной дом, и здесь ты можешь принести планете пользу. У тебя есть все, о чем ты просил. Ты — воин света. Подобно Мэри, ты излучаешь вибрации Бога. Ты сразил чудовище, принял Золотого и обрел мудрость веков!

Было сказано еще не все, и Майкл понял, о чем пойдет речь дальше. Ангелы снова утратили форму, превратившись в небольшие разноцветные облачка, и слились в единую пульсирующую туманность, искрящуюся, словно бриллиант! Искрящееся и переливающееся облако являло собой неописуемо прекрасное зрелище. Майкл понял, что ангелы совещаются. Некоторое время спустя они снова заговорили в один голос:

— Майкл Томас, сегодня мы дадим твоей сущности новое имя. Во время путешествия по нашей стране ты был известен под именем Майкл Томас с Чистым Намерением. Теперь ты обрел выпускной статус и стал высоковибрационной сущностью, которая не является ни человеком, ни ангелом. Отныне твое имя МАЙКЛ ТЕКУЩИЙ. В этом имени представлена вибрация «сейчас», и это одно из самых лестных имен, какие мы только можем дать.

Майклу имя показалось несколько смешным, однако он понимал, что ангелы говорят совершенно серьезно и искренне восхищаются его новыми вибрациями. Прекрасное облако обрело не только блеск, но и форму алмаза, и приподнялось над Майклом, озаряя его своим светом. Купаясь в этих лучах любви, Майкл снова ощутил ошеломляющее чувство Божественного присутствия. Каждая клетка торжествовала, по всему телу разлилось ощущение благополучия и благодарности. И вдруг Майкл понял, что пора возвращаться в номер отеля. У ангелов осталось к нему еще одно послание, и когда Майкл уже почти вернулся туда, где все это время сидел в медитативной позе, в ушах его прозвучала их общая энергия:

— Майкл Текущий, ТЕБЯ ОЧЕНЬ ЛЮБЯТ.

Некоторое время Майкл еще сидел на гостиничном стуле, выходя из «высокого» медитативного состояния. Все, что он пережил в домах духовного обучения, было реально! Все знания истинны, все навыки действенны, все знания и силы остались при нем, — и в то же время он во плоти находился в комнате одного из отелей Лос-Анджелеса! Майкл задумался над этим явлением, и ему стало любопытно, сколько еще таких людей живет на свете.

Майкл очень устал. Он едва не уснул в душе, еле добрел до кровати. Обдумывать дальнейшие действия просто не оставалось сил. Было необходимо выспаться, что он и сделал, — причем выспался отменно.

На следующее утро Майкл был готов к жизни. Он вышел на балкон и посмотрел вокруг. Он ничем не ограничен и может делать все, что хочет. Куда ни пойди, везде есть возможность принести пользу людям. Майкл знал, что обладает большим потенциалом, ему есть, над чем работать, и есть, чему учиться, — особенно это касается искусства использовать свои новые вибрации, живя среди людей старых вибраций. Он не беспокоился. В его душе была любовь и понимание мудрости веков. Ангел внутри него обо всем позаботится, и Майкл в любой ситуации будет знать, что нужно делать.

Найти работу оказалось даже проще, чем он думал. Большим компаниям нужны профессиональные и честные агенты по продажам, а по Майклу было видно, что он именно таков — это проявлялось в каждом его слове и жесте. Он купил новую одежду и с самого начала поставил себе высокую планку. Майкл вошел в офис одном крупной компании и без колебаний миновал табличку «Вакансий нет» в полной уверенности, что его опыт здесь необходим. Не прошло и десяти минут, как он стал сотрудником этой фирмы и вышел из здания, чтобы провести еще один импровизированный ритуал, направленный на создание собственной реальности.

Майкл все больше сливался со своей новой сущностью. Тот факт, что он находится ДОМА, постепенно утвердился в сознании. Новая работа сулила стабильный доход, и Майкл отправился на поиски жилища. На утро третьего дня, когда он стоял под душем, к нему неожиданно пришло удивительное осознание.

Что там сказал Белый, а Майкл не понял? «И все же тебе еще только предстоит обрести главный дар!» Майкл понял, что это значит, и его глаза наполнились слезами. Это величайший из даров. Такой дар может быть преподнесен только человеку, — и он до сих пор скрывался от Майкла за яркими событиями последних дней. Осознание того, что ему предстоит обрести, открывало глубочайшие перспективы, и Майкл преклонил колени прямо в душевой, произнося слова благодарности за чудесное откровение. Он был просто ошеломлен потенциалом нового дара и внимательно искал в памяти необходимую для его реализации информацию. Сердце билось сильнее, когда Майкл задумывался над тем, что все это означает для него.

* * *

Здесь мы распрощаемся с Майклом Томасом. У него свой поиск. Благодаря интуитивным дарам и инструментам Майкл знает, что он не завершен. Карта покажет ему верное направление, внутренний Меч Истины будет светить во тьме, высоко вибрирующее сердце в нужный момент споет ноту радости фа. Образ, увиденный Майклом в Доме Любви, прочно запечатлелся в каждой клетке его мозга и сердца.

Ничто не помешает «Майклу Текущему» отыскать священный дар, ожидающий его где-то посреди человеческого моря. Он широко улыбается, точно зная, что его поиск увенчается успехом, — нужно только начать его.

Майкл осознал, что получил в дар второй шанс отыскать единственную любовь всей своей жизни — ту женщину, с которой у них заключен настолько мощный контракт, что их влечет друг к другу как магнитом и они просто не могут жить порознь на одной планете.

Майкл ищет прекрасную рыжеволосую женщину, с кожей, как слоновая кость, и глазами, как изумруды. Он не знает ее земного имени, но это не имеет значения. Энергия Элони подобна маячку во тьме его души.

Мысль о нерожденных детях подогревает его решимость отыскать этот цветок своей жизни.

Воздух просто наэлектризован энергией духовного поиска и любви. Он найдет ее и будет беречь как зеницу ока. В воздухе витает аромат победы. Скоро Майкл отыщет свою единственную розу, чтобы любить ее и восхищаться ею. Он будет наслаждаться ее ароматом всю жизнь, — обнимать и восторгаться этой. безупречной красотой и природным изяществом.

Она ждет, и Майкл найдет ее обязательно.

Ангелы улыбнулись, твердо зная, что Майкл достигнет своей цели.

Ведь Майкл Томас уже по-настоящему ДОМА.

 

ПОСЛЕСЛОВИЕ

В этом повествовании о Майкле Томасе есть много скрытых метафор и духовных истин Новой Эры. Начиная с количества глав и заканчивая нумерологическими значениями духовных имен — повсюду скрыты духовные уроки для тех, кто захочет отыскать их.

Цвета тоже обладают определенными энергиями и позволяют читателю догадаться, о ком идет речь, — намного в большей степени, чем сам текст.

Предлагаю ряд вопросов для обсуждения в группе:

1. В чем реальный смысл удивительной карты, дарованной Майклу в первом доме? Как этот образ применим в повседневной жизни?

2. Что означает эпизод о пище, гниющей на дороге? Что такое «пища Духа» и почему она не может существовать вне тарелки, на которой подается?

3. Почему ангелы не спорили с Майклом и не увещевали его, когда видели, что ему грозят неприятности?

4. В чем смысл урока о том, что наша биологическая система представляет собой «МЫ»?

5. Действительно ли повышение вибраций является трудным переживанием для человека? Вспомните, когда в жизни вы встречались с подтверждением этого факта.

6. Почему в духовном путешествии Майклу Томасу было необходимо оружие старой энергии? Почему его называли «воином» света? Не относится ли это понятие к старой энергии?

7. Что такое ОНО? Что такое темная сторона?

Я должен кое в чем сознаться. В тексте ни разу не упоминается главная метафизическая идея книги, Она выражается одним словом, которое ни разу не встречается на этих страницах. Можете ли вы догадаться, что это за слово?

Под конец предлагаю немного поразвлечься. Внимательно посмотрите на обложку книги.

1. Кто на самом деле изображен рядом с Майклом Томасом?

2. У кого за плечами крылья? —

Закрыв эту книгу, задайте себе вопрос: «Нахожусь ли я ДОМА, подобно Майклу Томасу?»

Я от всей души желаю, чтобы каждый из вас отыскал это место.

 

ЛИ КЭРРОЛЛ

 

P.S. Эта книга была написана в гостиничных номерах разных городов США и Канады. Благодарю энергии из Чикаго, Вашингтона, Месы, Хьюстона, Гейнсвилла, Орландо, Индианаполиса, Монреаля, Милуоки, Сиэтла, Атланты, Тусона и Канзас-Сити — а также всех территорий, над которыми я пролетал в самолете, держа свой верный ноутбук на коленях.


ОБ АВТОРЕ

Окончив Западный университет Калифорнии по специальности «экономика и бизнес», Ли Кэрролл открыл собственный бизнес в Сан-Диего, который процветает уже больше тридцати лет.

Вы спросите, какое место в жизни такого человека могут занимать притчи и рассказы об ангелах? Как говорит сам Ли Кэрролл, Богу пришлось хорошенько треснуть его «между глаз», чтобы он убедился в том, что его духовный опыт реален. Поворотный момент в жизни Ли Кэрролла наступил в 1989 году, когда один экстрасенс рассказал ему о Крайоне, — а три года спустя еще один экстрасенс, совершенно независимо от первого, назвал то же имя (и даже записал его во время сеанса: КРАЙОН)!

Однажды Ли Кэрролл робко показал первые записи Крайона метафизическому сообществу калифорнийского городка Дель-Мар… Все остальное теперь уже достояние истории: десять метафизических книг, вышедших в свет с 1993 года и переведенных на все основные языки мира.

В 1991 году Ли и его тогдашняя супруга Джен организовали в Дель-Маре «Крайоновскую группу света». Вначале группа собиралась в частной гостиной, но очень скоро перебралась в здание местной церкви. Сейчас Ли Кэрролл проводит встречи по всему миру, собирая тысячные аудитории, и содержит очень популярный сайт в Интернете (www.kryon.com).

В 1995 году Ли Кэрролла попросили выступить перед специальным подразделением ООН «Общество Просветления и Трансформации». Эта встреча состоялась и имела большой успех, о чем свидетельствует тот факт, что в 1996 году Ли Кэрролла пригласили выступить в ООН еще раз. Записи этих выступлений приводятся в книге «Крайон. Партнерство с Богом».
glavnaia stati_Igor_Vaganov novosti parapsixologpng

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*